— Больше.

— Насколько?

— Мы не считали.

— Почему?

— Потому что не собираемся сейчас подключать больше.

— Странно.

— Почему?

— У вас есть спрос.

— У меня нет задачи подключить весь регион за одну неделю.

Малвен посмотрел на меня.

— Осторожность вам идет.

— Вчера ваша Палата жаловалась, что ее недостаточно.

— Я не жаловался.

— Вы подписали.

— Это разные вещи.

Так мы дошли до Пятой Чаши.

И там все перестало быть вежливой проверкой.

Пятая была закрыта для постоянных посетителей.

После очистки основного канала поток вырос. Скрытый боковой отвод оставался опечатанным. Мы установили временный регулирующий узел перед бассейном и проводили короткие испытания.

Сегодня комиссия должна была увидеть один из таких запусков.

Не полный.

На треть рабочего потока.

Я сама подготовила порядок проверки.

Сначала нулевые показатели.

Потом открытие подачи на одну восьмую.

Десять минут наблюдения.

Четверть.

Еще десять.

Если давление и температура стабильны — треть.

Не выше.

На линии стояли два измерительных прибора.

Основной стационарный, уже находившийся в технической стене, и контрольный переносной Лисана.

После истории в Королевских купальнях я не доверяла одному показателю.

Но переносной прибор можно было подключить только к верхней контрольной точке. Стационарный показывал давление ниже, ближе к распределительному узлу.

В обычном режиме разница между ними была небольшой.

— Нулевые? — спросил Лаван.

Мира сверила.

— Записаны.

— Пломбы скрытого отвода?

— Целы.

— Температура бассейна?

Назвала.

— Начинаем.

Лисан открыл подачу на одну восьмую.

Вода пошла.

Сначала ничего не изменилось.

Белый пар тонко поднялся над поверхностью.

Я стояла у боковой стены, где проходила основная линия.

Тарен — у противоположного края.

Малвен с техническим представителем остались за защитной чертой.

Пять минут.

Стационарный прибор показывал норму.

Переносной — чуть выше.

Допустимо.

Десять.

— Четверть, — сказал Лаван.

Лисан повернул привод.

Поток усилился.

Я приложила ладонь к керамике.

Тепло шло ровно.

Ничего необычного.

— Сколько дней вы уже проводите такие испытания? — спросил Малвен.

— Девять, — ответила я.

— Всегда с комиссией?

— Нет. С Лисаном и журналом.

— Смело.

— Законно.

— Я говорил не о законе.

Я не ответила.

Через несколько минут температура трубы изменилась.

Сначала совсем немного.

Я решила, что это нормальный выход на новый режим.

Потом тепло стало расти быстрее.

Посмотрела на стационарный прибор.

Почти без изменений.

Переносной показывал рост.

— Лисан.

Он уже видел.

— Верхняя точка плюс восемь.

Лаван подошел.

— Нижняя?

— В пределах.

— Это может быть обычная разница после открытия.