Все трое демократично располагались за столом для совещаний и вроде бы что-то попивали из стоящих перед ними чашек. Наверное, чай, поскольку, кроме вазочки с печеньем и сахарницы на столе, я заметил блюдце с нарезанным лимоном.

— А вот и наш герой! — с энтузиазмом, в который я почему-то не поверил, обрадовался начальник областной милиции, — Проходи, Сергей, присаживайся! Чаю с нами выпьешь?

Чаю мне не хотелось, меня им Лиза полчаса назад дома напоила. Но отказываться от проявленного генералом гостеприимства я не стал, не тот случай.

— Ну ты как, лейтенант, готов? — затребовав по селектору для меня кипятка, вновь обернулся ко мне Данков, — Сегодня, Серёжа, быть может, самый главный день в твоей жизни! Я больше двадцати лет в милиции и генерал уже, как видишь, а ордена пока так и не выслужил! — обведя взглядом своих сотрапезников, с непонятным мне укором, посмотрел и на меня он.

— Так ведь это наша партия так решила, товарищ генерал! — избегая недружественного взора обкомовца Завьялова, лицемерно оправдался я, — А что касаемо главного дня, так он у меня еще впереди! — стараясь удержать на лице торжественность, всё же посмотрел я на работника обкома, — Как вы считаете, Александр Петрович? Дадут мне лет через пять Героя?

Вместо ответа Завьялов поспешно схватил свою чашку и начал опустошать её мелкими глотками. А ничего не понимающие генерал и полковник растерянно переглянулись.

— Знакомься, Сергей, это наш новый начальник Политотдела полковник Тихомиров! Николай Юрьевич! Его к нам из Политуправления МВД для дальнейшего прохождения службы направили! — напустив на лицо благодушия, Данков представил мне незнакомого полковника с живыми и цепкими глазами, которыми тот пристально разглядывал меня, — И еще тебе для сведения, товарищ Трофимов прибудет в десять часов, его адъютант недавно звонил! — специально для меня добавил он.

Я снова подскочил со стула, на который уселся полминуты назад. И вытянувшись замер, преданно глядя на нового комиссара УВД, и ожидая разрешения на повторную посадку. Однако, полкан неожиданно для меня тоже поднялся на ноги и даже протянул мне руку. Которая вдруг оказалась не по-замполитовски крепкой и приятно сухой.

— Послужим, лейтенант? — полковник Тихомиров как-то исхитрился влезть шилами своих зрачков за роговицы моих глаз вовнутрь лейтенантского разума, — Я в вашей области человек новый и хочу побыстрее освоиться в Управлении. Поэтому у меня к вам очень серьёзное предложение, товарищ Корнеев. Не хотели бы вы продолжить свою службу в нашем Политотделе? Для начала старшим инспектором?