На этот раз Виктор Яковлевич встретил меня без улыбки и на кормление рыбок он теперь не отвлекался. Бугаи, принимавшие меня в нагаевском подъезде и сопровождавшие в УКГБ, остались в приемной, в кабинет со мной зашел только их старший. Подойдя к столу начальника, он вынул из кармана моё удостоверение и положил его перед руководством.

— Спасибо капитан! — кивнул Виктор Яковлевич моему конвоиру, — Свободен!

— Есть!

Этот хрен не стал расшифровывать ни должности, ни звания, ни, тем более, имени-отчества своего патрона. И, повернувшись, как обычный гражданский человек, через правое плечо, вышел из кабинета. Умеют суки под народ рядиться! Хер отличишь от нормального человека.

— Ну здравствуй, Корнеев! — угрюмо поприветствовал меня рыбовод Виктор Яковлевич. — Видишь, как оно все получилось! Недели не прошло, а ты опять в моем кабинете! Наверное, прав был тогда мой майор, не надо было тебя отпускать. Надо было тебя у нас в изоляторе оставить. Тогда и бегать бы за тобой по городу не пришлось. Да и вообще…

Виктор Яковлевич смотрел на меня, как автовладелец смотрит на торчащий из покрышки ржавый гвоздь. Вроде бы и херня мелкая, и совсем никчемная, а поди ж ты, каких неприятностей принёс.

— Это вы о чем, Виктор Яковлевич? — то, что моё удивление выглядит правдоподобным, я ничуть не сомневался, — Бегать? За мной?! — я уже привычно повесил куртку на знакомую вешалку в углу и направился к так полюбившемуся мне креслу.

Хозяин кабинета лицом не менялся. Он безучастно молчал и, поворачивая вслед моим перемещениям голову, просто наблюдал за мной. Времени у него сильно меньше нуля, а он не дергается и не мельтешит. Достойно!

Я сел в кресло и со всем своим уважением уставился на комитетчика. Он не спешит, ну и я отдохну. Рта я больше не открывал. Пусть он сам выстраивает со мной разговор, помогать я ему точно не буду.

— Скажи мне, Корнеев, вот на хера ты наших ребят под этого сумасшедшего подвёл? — Виктор Яковлевич всё также смотрел на меня своими рыбьими глазами и не выражал при этом на своём лице никаких эмоций.

— Подвёл? Под сумасшедшего?! Каких еще ваших ребят? — стараясь не ёрзать задницей по скрипучей коже, взялся удивляться я. — Вы мне, пожалуйста, попроще вопросы формулируйте, Виктор Яковлевич! Не понимаю я вас. Ей богу!

На лице чекиста не сыграла ни одна даже самая мелкая мышца. Если бы он еще умел управлять гипертонией и своим давлением! Неподвижная физиономия комитетчика выдавала его волнение, играя красными пятнами, как пупырчатая шкурка хамелеона в передаче «В мире животных».