Но сперва нужно было поговорить с Александром. Как построить разговор, чтобы Александр открещивался от короны, как от чумы, Безбородко знал. Но, как был уверен вице-канцлер, изворачиваться в поиске правильных слов не придётся. Александр и без того боится власти.

Великий князь Александр Павлович находился в Зимнем дворце. Как же иначе, если любимая бабушка неважно себя чувствует? Отец в таких случаях не противился, чтобы Александр ездил к императрице.

На самом деле, как бы не ершился Павел Петрович, как бы не говорил, что он ничего не хочет знать о дворе и императрице, ненавидя её, всё равно понимал: она мать, дрянная, но мать. Побороть в себе обидчивого мальчика Павлу было крайне сложно и к сорока годам, просто все слабости и болевые точки мужчины ассоциировались только с матерью.

Потому великий князь Александр часто бывал у бабушки при дворе. Ему нравилось купаться в лучах светской жизни, но Александр никак не отрицал отца и любил его, пусть эта любовь и питалась в том числе страхом. Сложно было Александру Павловичу, но стремление всем угодить и ни с кем не поссориться также ещё повлияет на государственного деятеля Александра, если тому будет суждено стать императором.

— Ваше Императорское Высочество! — граф Безбородко вошёл в комнату, где находился Александр Павлович вместе со своей супругой.

Елизавета Алексеевна, урождённая Луиза Мария Августа Баденская, музицировала на новомодном фортепиано. Великая княжна училась играть на клавесине, но теперь более охотно садилась за новый музыкальный инструмент, привезённый из Англии. Молодая женщина играла нехотя, она знала, что её муж, Александр Павлович, успокаивается от звуков музыкального инструмента. А вот её это не успокаивало.

Александр был, действительно, раздражён, он растерялся. Бабушке, которая ассоциировалась у него со стабильностью, и за спиной которой он привык жить, плохо. Если эта спина уйдёт, то какой мир увидит Александр?

— Граф, чем обязан? Для соболезнований рано, я не склонен верить в то, что человек может говорить о грядущей смерти. Лишь Господь Бог решает, — раздражённо проговорил Александр.

Великий князь боялся прихода Безбородко. Он не глухой и не глупый, чтобы не суметь сложить два плюс два. И пусть государыня многое сделала для того, чтобы внешне всё выглядело, как опала вице-канцлера, при дворе шептались о многом.

— Ваше Высочество, — после некоторой паузы начал говорить граф, его смущало присутствие Елизаветы Алексеевны. — Обращусь напрямую, так как обстоятельства не терпят отлагательств. Вы готовы стать императором? Смею только предположить, что сие будет слегка затруднительно.