Внезапно резкий, царапающий звук разорвал тишину кареты. Толстое стекло брызнуло мелкими осколками прямо перед лицом графа. Чёрная, оперённая сталью стрела с влажным хрустом вонзилась в деревянную обшивку ровно в том месте, где секунду назад находился его нос.

Вильяда среагировал мгновенно, сработали рефлексы, вбитые годами войны. Он скатился с сиденья на пол, выхватывая клинок. Снаружи раздались крики, ржание испуганных лошадей и глухие удары арбалетных болтов о броню кареты.

— Засада! К бою! — донёсся сквозь шум приглушённый рык капитана охраны.

Граф, не медля ни секунды, толкнул тяжёлую дверцу и выкатился наружу, прячась за колесом экипажа. Ситуация была паршивой. Они находились в узком месте тракта, там, где дорога прорезала густой лес, вплотную подступавший к обочинам. И из этого леса сейчас лился настоящий дождь из стрел и болтов.

Нападавших было много. Десятки фигур в серых и коричневых плащах выскакивали из-за деревьев, вооружённые арбалетами и тяжёлыми тесаками. Они не были похожи на обычную лесную рвань. Действовали слаженно, били прицельно по лошадям и офицерам.

Гвардейцы графа, закованные в броню, перестраивались для круговой обороны. Сотня элитных бойцов Короны против, как минимум, трехсот нападавших.

— Держать строй! Маги, щиты! — рявкнул Вильяда, вливаясь в ряды своих людей.

Трое боевых магов, сопровождавших конвой, наконец-то проснулись. В воздух взвились полупрозрачные купола щитов, о которые со звоном начали рикошетить стрелы. Следом полетели огненные шары, выжигая кустарник вместе с затаившимися там стрелками. Воздух наполнился запахом горелого мяса.

Граф сам вступил в бой, отбив клинком летящий в него клинок и с размаху пробив грудину выскочившему из кустов бандиту с топором. Вильяда был не робкого десятка, а клинок, зачарованный лучшими мастерами столицы, резал сталь и плоть с одинаковой лёгкостью.

Маги хорошо прореживали ряды нападавших, но тех было слишком много. Лес буквально выплёвывал всё новые и новые порции головорезов. Защитников начали теснить, прижимая к каретам. Щиты магов мерцали, готовые вот-вот схлопнуться от перенапряжения. Потери росли с каждой минутой: то один, то другой гвардеец падал с пробитым горлом или арбалетным болтом в щели забрала.

Вильяда, тяжело дыша, упёрся спиной в борт своей кареты.

— Вот так и закончится блестящая карьера, — промелькнула холодная мысль. — В грязи, на безымянном тракте, из-за кучки жадных ублюдков.

Он уже понял, что это не простые разбойники. Слишком хорошая экипировка, слишком грамотная тактика. Кто-то решил сыграть по-крупному.