Внезапно одна из девушек в этой компании, худенькая, угловатая девчонка, которой на вид было хорошо если четырнадцать лет, тихо, но очень чисто запела.

Причём запела так, что звон кружек и пьяный ор мгновенно стихли. Все в кабаке замерли, боясь пошевелиться и не смея прервать эту странную, пробирающую до костей мелодию. А ещё у девчонки в полумраке отчётливо светились глаза тусклым, синеватым светом.

Когда она оборвала песню, то тяжело выдохнула и почти без сил упала на деревянную скамью. Один из сидящих рядом мужчин аккуратно, по-отечески придержал её за плечи, чтобы та не ударилась головой о стол.

— Я знаю, где сестра, отец… — с трудом произнесла девушка, тяжело дыша и обращаясь к седому, мощному воину, чьё лицо пересекал уродливый шрам от лба до подбородка.

— Где? — воин резко подался вперёд, его пальцы до хруста сжали кружку.

— Там, — девчушка устало, но уверенно указала слабой рукой направление на юг. — Большой город на морском побережье. В каменной башне.

— Да это же Сирена! — вдруг раздался жадный, хриплый голос из глубины затихшего кабака. Какой-то наёмник вскочил из-за стола, тыча в девчонку грязным пальцем. — За живую Сирену гильдия наемников даёт пять тысяч золотом!!

В одно мгновение атмосфера в зале изменилась. Десятки завсегдатаев, даже работницы кабака, забыв про драки и шлюх, с жадностью и первобытным азартом уставились на сжавшуюся под их сальными взглядами девушку. Заскрипели отодвигаемые лавки, лязгнуло извлекаемое из ножен железо.

— Но нам не туда, отец, — выдохнув, сказала девушка, даже не глядя на надвигающуюся толпу. Вокруг неё мгновенно, без единой команды, образовалось стальное кольцо из её спутников, ощетинившихся клинками. — Нам надо идти на восток. В степь!

— В степи не ходят корабли, доча, — спокойно ответил седой мужик, не обращая ни малейшего внимания на толпу пьяных ублюдков, что медленно, беря их в полукольцо, приближалась к столам.

— Поверь, батя, — девочка слабо, но искренне улыбнулась. — Таких кораблей ты ещё никогда не видел! И каждый из нас продаст душу дьяволу, чтобы заиметь такой, когда мы их увидим.

— Отдай девку, старик, и мы оставим вас в живых! — крикнул хозяин кабака, доставая из-под стойки заряженный арбалет. Толпа наёмников одобрительно загудела, сжимая кольцо.

Отец девушки медленно, словно нехотя, повернул к нему голову, оценивающе рассматривая говорившего. Затем он вложил два пальца в рот и протяжно, оглушительно свистнул.

Ветхие двери в таверну с треском вылетели наружу. В помещение, ломая мебель и расталкивая зевак, ввалились ещё два десятка человек. Они были одеты в такую же потёртую, но качественную броню, как и вся их компания, а в руках держали тяжёлые арбалеты уже на взводе.