Двигаясь по улицам, мы несколько раз проходили по щупальцам слизи, которые мерзкой паразитарной массой устилали улицы. Ступать по губчатой плотной массе, напоминающей органическую слизь, было опасливо неприятно. Вот только в моих воспоминаниях ковер садов дьявола был похож на вывернутую шкуру огромного животного, блестя на солнце органической слизью; сейчас же из хищного, захватывающего территорию растения словно ушла жизнь — ковер по ощущениям казался и не таким упругим, большинство пор забила пыль, а яркий, наполненный багровый цвет стал теперь темным, практически слившись с черными жгутами вен, которые уже не были такими толстыми.
К удивлению от безжизненного вида ковра слизи примешивалось недоумение: по плану ожидалось движение по городу, полностью превратившимся в сады дьявола. Мы же передвигались по пустынным, пыльным улицам — которые, впрочем, носили следы того, что совсем недавно их покрывал органический ковер субстанции слизи. На некоторых полуразрушенных хижинах виднелись безвольные плети струпьев, оставшиеся словно сброшенная чешуя.
Неожиданно вой раскрученных многоствольных пушек стал громче, и «Синти Сэй», развернулась вполоборота. Загрохотали выстрелы, взвились пыльные столбы на месте домов, и сквозь пелену мы увидели темные силуэты быстро передвигающейся вереницы рядовых особей термитов. Правая колонна начала стрелять, и я — упирая приклад в плечо, но пока не нажимая на спуск, наблюдал как рвут попадания пуль бойцов и снарядов шата тела чужих. Несколько из них попытались нас атаковать, но большинство продолжило движение — и с прилегающей улицы вскоре также раздался гулкие звуки стрельбы, когда твари оказались в зоне видимости соседних групп.
Столкновение закончилось также быстро, как и началось — часть термитов скрылась, не обратив на нас особого внимания — кроме бросившейся на нас отсекающей и уничтоженной группы, часть же осталась лежать на пыльной улице. Шаты прошагали мимо, следующая за машинами колонна каргарианцев обогнула убитых термитов, не приближаясь — над несколькими агонизирующими чужими поднимались тонкие фонтаны кислоты, острые лапы в дергающихся конвульсиях рвали землю. Заметив движение, я замедлил шаг, присматриваясь. И обомлел — практически все термиты, большинство — кроме группы, попытавшейся нас атаковать, несли в челюстях людей или животных. Бывших людей или животных — зараженных вирусом слизи, с бугрящимися черными венами и безжизненными глазами, подернутыми белесой пленкой. Часть из страшной ноши термитов выжила, избежав попаданий, и пыталась шевелиться, выбираясь из сомкнувшихся жвал и держащих лап.