Замерев на входе, я осмотрелся, а чуть погодя сделал небольшой шаг через порог. Словно по команде, двинулись вперед и остальные клоны. Адриан Коста обогнал меня, уверенно шагая — я ничего не спрашивал, а он сохранял молчание, мне ничего не сообщая.

Мельком оглядывая одинаковые капсулы, в прозрачных смотровых окошках которых виднелись лица погруженных в гибернацию клонов, я едва не воткнулся в плечо Косты, когда он остановился.

— Господин барон, подтверждаете начало установки контакта?

— Связь с леди Мальозой?

— По-прежнему отсутствует.

— Связь с остальными группами?

— По-прежнему отсутствует.

— Указания тактического анализатора?

— Не менялись.

— Начало установки контакта подтверждаю.

После моих слов все трое клонов подошли к одной из капсул — на первый взгляд ничем не отличавшейся от других, и вывели ее из транспортировочного положения. Я отстраненно наблюдал за манипуляцией своих спутников, раздумывая о том, что отсутствие связи с Мальозой пугало неизвестностью — этого не должно было быть. Но стоять рядом с капсулами в ожидании тоже не вариант — все же по плану, который был доведен до меня, именно переговоры с умниками были целью проводимой операции. Вернее, «переговоры» — никаких слов и решений от меня не требовалось, по крайней мере на первом этапе.

Крышка капсулы между тем с мягким шипением разгерметизации отошла, и мягко поднялась. Датчики систем жизнеобеспечения перемигнулись телеметрией, и мягкие жгуты нейрошунтов и прозрачных трубок разошлись, скрываясь в капсуле. И практически сразу же клон открыл глаза, выходя из гибернации.

Это был гуманоид нейтрал — в анатомическом мужском теле без какой-либо растительности, и — я невольно старался не акцентировать внимание на голой коже, без первичных половых признаков. Его лицо не обладало особыми приметами — невыразительное, причем с такими чертами, что по ощущению могло принадлежать как мужчине, так и женщине. Кадык, кстати, отсутствовал. На лице имелись признаки принадлежности к биологической копии — несколько небольших татуировок в стиле механических швов, и флуоресцентный треугольник разделенной пирамиды на подбородке — знак высшей категории ИИ умников. Только увидев признаки принадлежности существа к искусственному интеллекту, я вспомнил о том, что у моих спутников — клонов из личной стражи Мальозы, подобные метки отсутствуют.

Открыв глаза, разбуженный клон неподвижно полежал несколько мгновений, осознавая себя и поступающие данные. После чего рывком поднялся, коротким кивком поприветствовал меня и неожиданно отвернувшись, шагнул к стене отсека сразу за капсулой. Прислонив ладонь к неявно выделяющемуся кругу, он дождался, пока секция отойдет в сторону, и из открывшейся в углублении полки достал серый мундир без знаков различий. Одежда удивительно напоминала мой самый первый комплект униформы, полученный в подготовительном лагере промышленной компании Сатари.