«Антиграв!» — вдруг вспомнил я, понимая, что возможно зря прошелся по всем системам, оставив только ручное управление. Но включать не было времени — аварийные датчики взбесились, проекция заполнилась красным цветом опасности, а все системы кричали о том, что враг близко — и я вырубил антиграв.

Эффект не заставил себя ждать — челнок сразу, потеряв сдерживающий фактор сглаживания автоматикой, выпущенным из пращи камнем прыгнул вперед — пролетев сквозь переборку, сминая стену станции, вырываясь в космическое пространство. И сразу оказался в мешанине крылатых тварей, облепивших станцию в районе посадочных палуб. Пронзительно вскрикнув от неожиданности и страха, я рванул на себя — едва не вырвав — штурвал, и челнок по невероятной траектории кубарем пролетел, разметав чешуйчатую массу.

Экраны на краткий миг заполнило изображение изуродованного внешнего дока — с тремя грузовыми кораблями — от одного остался лишь остов силового контура после взрыва основного двигателя. Остальные — два одинаковых транспорта в черно-белой раскраске с эмблемами Сатари были окутаны паром после повсеместной разгерметизации — на их обшивке я увидел многочисленные проплавленные дыры и фигурки чужих, двигающихся с целеустремленностью муравьев. В ушах предупредительно заверещал зуммер — теперь уже системы вооружения и обнаружения целей просто взбесились от количества приближающихся к нам чужих.

Несколькими резкими движениями я снизил тягу до минимума, выравнивая челнок, и когда перед глазами оказались ворота посадочной палубы, вновь увеличил мощность двигателей до предела. Получилось не очень — челнок вел себя словно скоростной катер на водной глади. И о том, что надо учитывать инерцию — не в плоскости, а в пространстве, я догадался только после того как на экранах пошла рябь разрушаемых перекрытий станции — мы врезались в административную палубу второго уровня, сминая переборки под рев генератора щитов. Здесь все также было заполнено чужими — часть которых бросилась в нашу сторону.

Ричи почему-то не стрелял — и закатив ему легкую оплеуху, пытаясь привести в чувство, я на миг отвлекся — а когда вернулся взглядом к экранам, увидел, что к нам стремительно приближается часть силового контура. Машинально рванул штурвал на себя — и челнок, подняв нос, врезался в потолок административного уровня. Резкий удар, вой генераторов, скрежет металла — миг ускорения, до багровой пелены в глаза, и вновь очередной удар. Барсик двигался словно прыгающий кузнечик — пробивая одно за другим перекрытия. И направлялся по счастливой случайности именно туда, куда было необходимо — в сторону уровня с дублирующем командным пунктом — где находились еще живые специалисты станции. Которых — судя по данным таксети, было тридцать семь человек. Уже тридцать шесть — поймав перед ударом в очередную переборку краткий миг спокойствия, успел я сфокусировать взгляд. Несмотря на то, что удары под вой гравикомпенсаторов гасились амортизаторами кабины и кресла, чувствовал себя словно в безумном шейкере — настолько сильно болтало челнок.