Пробежав по плотному и заволновавшемуся ковру — от прошедшей по нему вибрации кровь стыла в жилах, мы уже почти оказались на окраине. Вдруг слизь ожила — в нескольких местах, где были заметны уплотнения, поверхность вскрылась брызнувшими гнойными нарывами; за моей спиной взметнулись влажные багровые плети — захватывая новые территории. Под удар попало сразу с десяток человек — я видел, как сжигается, съеживаясь, плоть несчастных, превращаясь в биоматериал для страшного ковра. Действовать начал почти не думая — лишь едва замедлив бег, принялся отстреливать еще не вскрывшиеся нарывы уплотнений слизи — которые взрывались, исходя багровой жижей и бессильными плетьми черных вен — не причинявших никому вреда.

Кеша не стрелял — команды не было, а цели опасных нарывов видимо идентификации в его таксети пока не получили. Дроид держался рядом — и очень вовремя заметил приближение группы тварей, большинство из которых умерло, не успев даже приблизиться к нам.

Я что-то кричал бегущим каргарианцам — расчищая дорогу, уже действуя словно в полубреду, на рефлексах. И совершенно неожиданно ад вокруг сменился пустынным пейзажем — мы выбрались из города, оказавшись на пустынной каменистой земле.

Позади горел утюжимый штурмовиками город, наполненный опасными чужими, впереди расстилалась бесконечная, усыпанная песком и щебнем раскаленная равнина. Куда и двинулись следующие за мной каргарианцы — выстраиваясь в цепочку по двое. Длинная, извивающаяся узкой живой змеей группа беглецов торопливо зашагала по рыхлому песку, в котором вязли ноги. Двигаясь не впереди, а рядом, в центре колонны — держа оружие наготове, я видел усталые, испуганные, окровавленные лица беглецов. У многих были ссохшиеся губы — воды с собой в бегстве не захватил никто.

Думаю, не будь во мне дозы стимулятора, сам бы сейчас мучился от невыносимой жажды. Потрогал голову — и ощутил под пальцами горячие волосы — тепловой удар как минимум обеспечен. И если в ближайшее время я не попаду в регенеративную камеру, то умру — как только закончится действие стимулятора. Которого у Кеши больше не было — я видел, что контейнер с заботливо собираемым когда-то давно Фоксом аварийным комплектом отсутствует, сорванный в схватке.

Держа оружие наготове, и размеренно шагая — вливаясь в общий ритм, я попробовал погрузиться в транс — как учили в подготовительно лагере Второй Гвардейской. Не получилось, но сознание — вернее, осознание происходящего, понемногу отключалось, спасая разум. Пережив, вероятно, в челноке клиническую смерть — когда через шею и плечо меня когтем чужого пригвоздило к креслу, я — возвращенный к жизни связкой биогеля и стимулятора, не полностью пришел в себя. Краем сознания понимал, что надо бы снять доспехи — потому что совсем скоро я в них банально изжарюсь — отчетливо понимая это, я тем не менее не останавливался — видя, как впереди кричит и подгоняет всех деятельный сухопарый старик.