— Крохотные деревеньки в двадцать-тридцать домов скоро почти полностью исчезнут с карты нашей необъятной родины. Старое население неизбежно умирает, а молодые сюда не ногой. Да и какой смысл — инфраструктуры нет, глушь и мрак.

— Зато какой воздух, — набрав полную грудь и выдохнув, заявил Ник. — Благодать! Его хоть ложкой ешь. Густой. Аж голова кружится! Ты такого в городе даже в парке не сыщешь.

— Воздух обалденный, точняк! — согласилась Кира, которая уже успела покинуть машину. В следующую секунду она подпрыгнула и хлопнула себя по ноге. — Ох, какие кусачие здесь эти…

— Оводы. Да, они здесь злые как собаки, — согласился Ник. — Давайте оставим машину и немного прогуляемся.

Никто не возражал.

Улица здесь была всего одна. Да и то не улица, а одно название: обычная колея, заросшая густой травой, по расстоянию — метров триста, а дальше — слегка притоптанная трава и бездорожье.

Миновав деревню, они насчитали двенадцать заброшенных домов, и лишь один жилой. Хотя на счет последнего все высказали лишь догадку. Просто окна дома были не заколочены, а огородный участок ухожен.

— Криповое место. Я бы здесь точно жить не смогла, — с уверенностью заявила Кира.

— Не говори гоп, сестренка, — наставительно поднял указательный палец Ник и быстро закончил: — пока не стала старухой!

Они прошли еще пару заколоченных домов — по всей видимости, когда-то очень давно здесь располагалось приусадебное хозяйство, сараи, скотина, а теперь все поросло бурьяном. За высокой травой практически нельзя было разглядеть покосившиеся и вросшие в землю крыши и пустые глазницы окон.

— А что, если бабка, про которую говорил Фрол, уже давно умерла? — высказал смелое предположение Игорь.

— Ну тогда нам и на проживание тратиться не надо, просто займем её дом, — хихикнул байкер и покосился на внезапно побледневшего Игоря.

— Я в доме с покойником ночевать не намерен!

— А кто тебе сказал, что она в доме? — удивился Ник. — Наверняка её уже давно на кладбище снесли… — Остановившись, он указал куда-то в кусты, где виднелись остатки железного заборчика, за которым среди низких деревьев притаился деревенский погост. — Ну или чего далеко ходить, прямо в огороде закопали. А может, она прямо на грядке и окочурилась?

— Прекрати! — едва не взвизгнул историк.

— Кончай, Ник, уже несмешно, — вмешалась Кира.

Брат кивнул, но не сумел скрыть удовольствия от своей маленькой победы. На заросшем щетиной лице возникла злорадная ухмылка.

Они дошли до крайнего деревянного дома, возле которого стояли три белые машины: «Волга 3102» и два старых 421-х «Москвича». Колес у транспортных средств не было, фары тоже отсутствовали, а в салоне оказалось пусто — лишь вездесущая метровая трава.