— Комната у вас будет дальняя. Там втроём уместитесь. Шушмор отсюда в трех верстах на восток. Гуляйте хде вздумается, только к реке не суйтесь. Не советую там бывать и после заката. Правило у меня: в одиннадцать я запираю дом на засов, коли не успели — ночуйте где хотите, до первых петухов дверь не открою…

— А они у вас тут есть, петухи-то? — решил пошутить Ник.

— У нас тут всякой живности хватает, особенно ночью, — сверкнув бельмом, заметила старуха. — Придерживайтесь моих правил и останетесь целы.

Ребята переглянулись.

— А какова плата? — уточнила Кира.

— Как уезжать будете, поведайте, что узнали.

— И все? — удивился Игорь.

Старуха недовольно посмотрела в его сторону.

— А мне и того достаточно будя. Как видишь, телевизора у меня здесь нет. Так что хоть как-то вы мою скучную жизнь разбавите.

— По рукам, — не раздумывая согласился Ник и протянул старухе свою здоровенную в мозолях руку.

— Главное — ноги раньше времени не унесите, — кивнула старуха. И вместо того, чтобы закрепить договор рукопожатием, аккуратно взяла чашку и сделала глоток.

Комната была узкой, из мебели: три кровати, две тумбы и огромный рассохшийся шифоньер. Ник деловито закинул свой рюкзак на верхнюю полку, а Игорь убрал рюкзак под пружинистую кровать.

— По-моему, здорово устроились, — заключил байкер. — На отель в одну звезду вполне потянет. Скромненько, но чистенько. О, гляньте, даже цветочки присутствуют.

Он подхватил крохотную вазочку с увядшими ромашками и, понюхав, поставил на место.

Вот только Кира не разделила его оптимизма.

— Да уж, гостиница: с удобствами во дворе и лейкой вместо душа. Комфорт прям зашкаливает!

— Согласен, — недовольно кивнул Игорь. — Никогда не думал, что в двадцать первом веке увижу нечто подобное.

— Слышь, историк, может, хватит бурчать, — проверив прыгучесть пружин, сказал Ник. — Ты по роду своей профессии вообще должен уметь на земле спать, как хаски.

— Они на снегу, а не на земле, — поправил его Игорь.

— Ага, и на нем тоже. Я вот по Дискавери смотрел как археологи годами в палатках живут: и в болотах, и в пустыне, и в джунглях. А тебя привезли в деревню, поселили, можно сказать, в царских условиях. Окружили всякой там стариной. Копайся сколько хочешь… А ты нос воротишь.

— Ник… — остановила байкера сестра. — Стоп прессинг!

— Ну а что, Кир, разве я не прав?

— В чем-то прав, конечно, — дипломатично заметила девушка. — Но лишь отчасти.

Она хотел сказать еще что-то, но в этот самый миг на улице громко залаяла собака. И тут же лай сменился жалобным поскуливаем.

— Странно, мы когда шли вдоль домов, я не одной будки не заметил, — сказал Ник и, встав, приблизился к окну.