Мы с Левой и Леней выбрались из микроавтобуса вслед за Будбергом и Аполлоном. Я огляделся, проверяя посты охраны — их здесь было немало. Мы подошли к багажному отсеку, и Лева с Леней взялись за коробку с дипломатической почтой.

Вилла Бейлон предстала перед нами во всей красе. Трехэтажное здание в неоклассическом стиле с симметричным фасадом, большими окнами и колоннами у главного входа. Светло-кремовые стены с идеально ровной штукатуркой, черепичная крыша, балконы с изящными коваными перилами. Над центральным входом возвышался герб Российской империи, а по бокам от него трепались на ветру флаги двух государств.

Мы только закончили выгружать коробку, когда подъехало дорогое такси. Из него вышел Феликс Юсупов, подчеркнуто лениво потянулся и всячески старался делать вид, что он здесь просто праздно шатается. Водитель достал его небольшой чемодан, и Феликс, небрежно кивнув, подхватил его одной рукой.

— Какого лешего, Феликс? — тихо спросил я, с трудом сдерживая раздражение. — Не мог сначала позвонить?

Феликс с невинной улыбкой пожал плечами.

— Ой, ну ладно тебе, Лёш. Я тебе еще пригожусь, вот увидишь.

— Феликс, чтоб тебя! — я шагнул к нему, и Юсупов инстинктивно отпрянул. — Дело и так рискованное, а ты можешь и вовсе пустить все под откос.

— Но Лёва мне уже все разболтал, я уже прибыл, все уже случилось, так что… просто принимай мою помощь.

Я сжал зубы, чувствуя, как нарастающая злость поднимается к горлу. Феликс явно ушел в самоволку. Если с ним что-то случится — отвечать мне перед Идой и перед их родителями.

Будберг, с выражением легкого недоумения, посмотрел на Феликса, затем покачал головой.

— Прошу внутрь, господа, — сказал он и повел нас к входу. — Нас уже ждут.

Мы вошли в холл виллы — просторный, с высоким потолком, лепниной по периметру и большой хрустальной люстрой. Пол был выложен мраморной плиткой в черно-белую шахматную клетку.

Будберг повел нас вверх по парадной лестнице к кабинету посла. Тяжелые двери с латунными ручками открылись, и мы вошли в кабинет.

Барон Петр Корнилович Сухлетен сидел за массивным деревянным столом. Лет шестидесяти, с густой седой бородой и бакенбардами, в черном костюме с золотыми пуговицами. Он выглядел так, словно только что сошел с парадного портрета начала прошлого века.

Будберг шагнул вперед.

— Ваше превосходительство, разрешите представить: светлейший князь Николаев, князь Львов, граф Уваров и граф Безбородко. А также… князь Юсупов.

Мы по всей форме поприветствовали посла. Сухлетен внимательно оглядел каждого из нас, его взгляд остановился на Феликсе.