— Уваров! — крикнул я.
— Сейчас! — отозвался он, вытягивая руку.
В его ладони появился рубиновый свет. Сфера разрослась и с хрустом полетела вперед. Вторая машина попыталась уйти в сторону, но взрыв настиг её — лед вокруг превратился в месиво из снега и пара. Последняя машина вильнула и свернула, но в этот момент прозвучал низкий ревущий звук.
— Это что еще⁈ — крикнул Лева.
Из-за мглы, со стороны Аландских островов, появились черные силуэты. Аэросани с гербами Российской империи скользили по льду, двигались ровным строем, отсекая преследователей от катера.
— Пограничники! — закричал Уваров. — Это наши!
— Лева, Уваров, назад! — скомандовал я.
Из передней машины имперских пограничников раздался громкий голос в магическом усилении:
— Судно под имперским флагом! — Прозвучало из громкоговорителя. — Немедленно остановитесь и следуйте за нами! Сложите оружие! Любая попытка отклониться от курса будет воспринята как попытка к бегству!
Эрик рассмеялся, смахивая пот с лица.
— Ты их понял? — спросил я.
— Еще бы, — осклабился он. — Они говорят, что мы дома! Ну, то есть вы…
— Не расслабляйтесь! — рявкнул я.
Шведы остановились на границе, повинуясь приказам наших пограничников. Их аэросани замерли, двигатели гудели, но они не решались пересечь черту. Один из шведских офицеров, высокий блондин в черном мундире, поднял бинокль и уставился на нас. Я увидел, как он что-то приказал — один из стрелков встал за крупнокалиберный пулемет.
— Не вздумай… — пробормотал я.
— Эй! Главный! — окликнул меня Эрик.
Я обернулся. Флаг Российской империи развевался над катером, черный орел с распростертыми крыльями выглядел угрожающе и торжественно. Хаген уводил наш катер к берегу острова, а конвой из пограничников плотно нас окружил.
Шведы постояли еще минуту. Затем офицер вскинул руку, отдал короткий приказ, и аэросани развернулись. Через минуту они ушли в туман.
— Ушли, — выдохнул Лева. — Все закончилось…
— Не спеши радоваться, — пробормотал я, глядя им вслед. — Сейчас придется объясняться перед нашими…
Глава 19
Аэросани пограничников Российской империи ровным строем двигались впереди, расчищая нам дорогу по льду. Их лыжи оставляли на поверхности подтаявшего льда глубокие борозды, но мощные моторы не давали застрять даже в самых сложных участках. Катер уверенно шел за ними, вздымая снежную пыль, а холодный воздух резал лицо, напоминая о том, что март в этих широтах не уступала февральским морозам.
— И эту деревню они называют столицей? — проворчал Аполлон, глядя на контуры городка.
Я стоял у борта, прищурившись в сторону горизонта, где уже маячили очертания Мариехамна. Город выглядел довольно угрюмо: заснеженные крыши низких деревянных домов, редкие в такую рань огоньки в окнах, морозные узоры на стеклах.