— Минус три, — буркнул Аполлон.

— Ещё четыре на подходе! — крикнул Лев.

— «Алмазная пыль»! — я поднял руки. — Ребят, помогайте. Создадим им нулевую видимость.

— Тогда и я ни черта не увижу! — проворчал Эрик.

— Ничего, просто стреляй в их сторону.

Воздух вокруг меня задрожал, заклубились пары темного тумана, и из тяжелой тучи начали сыпаться мелкие кристаллы льда. Они ударили в преследователей с ураганной силой, покрывая их корпуса замерзающей дымкой. Движки саней начали замедляться, а затем полностью остановились.

— Красиво, — пробормотал Эрик. — Но это ещё не всё.

Вдалеке снова послышался гул двигателей.

— Понял, — сказал я, сжимая кулаки. — Продолжаем.

Хаген выкрикнул что-то на норвежском, голос его утонул в ревах двигателя и завывании ветра.

— Что он сказал? — крикнул я, удерживая щит над катером, когда очередной снаряд рванул в воздухе всего в двадцати метрах от нас. Волна горячего воздуха ударила в лицо.

Эрик, перекрикивая шум, перевел:

— Они говорят, что мы входим в территориальные воды Российской империи!

— Слава Богам! — выдохнул Лева, обессиленно опускаясь на палубу.

Эрик со вспыхнувшими глазами бросил гранатомет в сторону и кинулся к корме. В руках у него уже был свернутый флаг Российской империи — черно-желто-белое полотнище с золотым двуглавым орлом. Он в два прыжка взлетел на борт, подхватил веревку и с рывком вздернул флаг вверх.

— Сигналим своим! — крикнул он. — Хаген, жми на газ!

Хаген, весь залитый потом, выкрикнул что-то в ответ на норвежском, и катер дернулся вперед, набирая скорость. Я уперся в палубу, чтобы удержать равновесие, и бросил взгляд назад.

За нами неслись три последних аэросани — легкие, маневренные, с большими шведскими крестами на бортах. Из-за ветра слышались приглушенные автоматные очереди — свинец бил по щиту, вибрации проходили сквозь эфирный барьер.

— Аполло, Уваров — со мной! — рявкнул я.

Я поднял руку, в ладони запульсировал жар. Вокруг нас поднялся вихрь золотых искр.

— «Огненный шторм»! — выкрикнул я, уже даже не пытаясь церемониться.

Воздух перед катером взорвался, три огненных сгустка пронеслись по водной глади, раскалывая лед и с ревом врезаясь в ближайшие аэросани. Одна машина вспыхнула, ее подбросило в воздух и отбросило в сторону.

— Есть! — рявкнул Аполлон, вскидывая руки.

Лед под вторыми аэросанями пошел трещинами. Из разлома вырвался черный туман, закручиваясь в воронку.

— «Ледяной вихрь»! — голос Аполлона был холоден и сосредоточен.

Вихрь схватил аэросани, заворачивая их в смертельный танец. Осколки льда с глухим треском летели во все стороны.