— Готовь деньги, Львов, — довольно улыбнулся Безбородко. — Я намерен выпить всю хреновуху в заведении.
— После всего, что сегодня случилось, я буду рад предоставить тебе всю хреновуху в столице…
Ребята дружно рассмеялись. Получилось, правда, нервно, но предельное напряжение требовало выхода. Я тоже улыбнулся, глядя на удаляющуюся от нас роковую бухту.
Катер набрал скорость, оставляя за кормой дымящуюся равнину и пылающие остатки машин. Мы ушли.
Но надолго ли?
Глава 18
Катер на воздушной подушке двигался по обледеневшему морю, громко гудя двигателями и оставляя за собой рваный след на поверхности льда. Морозный воздух бил в лицо, и я с трудом удерживал равновесие на небольшой палубе, пока мы набирали скорость. Аполлон стоял рядом, одной рукой держась за поручень, другой — поправляя ремень на плече.
— Нам нужно добраться до Аландских островов как можно быстрее, — сказал я, перекрывая шум моторов. — Главное — оказаться в имперских территориальных водах. До этого момента мы все еще в заднице.
— Думаешь, они попытаются нас догнать? — Аполлон скептически вскинул бровь.
— Уверен. — Я взглянул на кромку горизонта, где уже начинал сгущаться утренний туман. — Мы, считай, нагадили им на крыльцо. После такого подарка они нас так просто не отпустят.
Безбородко кивнул, обдумывая мои слова, потом резко развернулся и направился к водителю катера. Через пару минут его голос прокатился по палубе:
— Алексей! Подойди сюда!
Я пробрался к кабине, открыв скрипучую металлическую дверь. Внутри было жарко, пахло соляркой и озоном. За штурвалом сидел высоченный детина с белоснежными волосами, перехваченными на затылке в грубый узел. На шее у него висел массивный молот Тора из черненого серебра, а по мускулистым рукам шли полосы татуировок — руны, волки, змея, кусающая себя за хвост.
Рядом с ним стоял уже знакомый нам норвежец Эрик, ухмыляясь во все зубы.
— Эрик? — я сузил глаза. — Мы же вроде попрощались. Какого черта ты здесь делаешь?
— Больно уж мне ваша команда понравилась и стиль вашей работы. Вы, ребята, вообще отмороженные на всю голову. — Эрик снова широко улыбнулся. — Решил проводить вас в последний путь… или помочь сбежать. — Он хлопнул детину по плечу. — Это Хаген. Лучший из отморозков и самый отмороженный из лучших.
Хаген коротко кивнул, не отрывая взгляда от приборной панели.
— Сколько осталось до Мариехамна? — спросил я.
— Около пятидесяти километров, — ответил Эрик. — Если, конечно, нас не задержат по дороге.
В этот момент катер резко тряхнуло. Взрыв прокатился совсем рядом, подняв фонтан обломков льда и воды. Мы все одновременно перегнулись к окну.