Нет! Этому не бывать!
«Уничтожай немедленно. Без раздумий! Кто бы он ни был!» Это слова Мосягина о зараженных вирусом. Миллиардер сам отдал приказ спасать город любой ценой.
Любой!
Взгляды собравшихся сосредоточены на многоярусной чаше фонтана. Барсуков перед трибуной, но его никто не замечает. Перекошенное праведным гневом лицо способно испугать любого, но даже штатные охранники миллиардера расслабленно ждут водной феерии.
Мосягин тянется к крану. Полковник вскидывает руку с пистолетом и начинает стрелять.
Глава 72–74
72
Барсуков жал на спусковой крючок, пока не закончились патроны. Пули одна за другой летели в сторону трибуны. Полковник стоял так близко, что даже в состоянии аффекта не мог промахнуться. Первая пуля попала Мосягину в грудь. Миллиардер вздрогнул, расправив от шока плечи, и стал еще более уязвим. Его глаза навыкате нашли стрелявшего. Привычная ширма, закрывающая душу, рассыпалась. Он оседал с искренним удивлением и явным облегчением на лице.
Оставшиеся патроны были предназначены мне. Но я успела укрыться за миллиардера, поддерживая его и чувствуя, как сотрясается от дополнительных пуль уже безжизненное тело.
Началась паника. Толпа завизжала и устремилась кто куда. Охранники Мосягина, не ожидавшие такой развязки, одурело водили пистолетами, не понимая, что предпринять. Я поспешила удалиться. Заказ выполнен в назначенное время в назначенном месте. Мой клиент, упомянутый в газетной передовице первым, мертв.
Подхватив длинный подол, я семенила в дурацком сарафане среди толпы, стараясь не споткнуться. Это давалось нелегко. Чужие туфли жали, меня задевали то справа, то слева потерявшие разум молодые мужики. Они спасали себя драгоценных, не церемонясь с окружающими. В какой-то момент меня с силой дернули за пышный рукав. Кокошник слетел, плечевой шов треснул, но меня не отпускали. Я развернулась, чтобы вмазать наглому кретину, и обомлела.
— Сюда! — бесцеремонно потащила меня ухоженная дама в брючном костюме.
Это была Елена Баринова, моя лучшая подруга по интернату. Я послушно устремилась за ней. Лена открыла ключом дверь в ближайшем переулке и втолкнула меня внутрь помещения.
— Это редакция моей газеты, — пояснила она, проносясь по пустому коридору. — Сейчас здесь никого нет.
Мы оказались в комнате совещаний, всю площадь которой занимал длинный стол со стульями и экран на треноге. Лена плюхнулась во главе стола. Единственное мягкое кресло заученно приняло в объятия ее точеную попку. Подруга тяжело дышала и откровенно рассматривала меня. Под искорками восторга в ее глазах затаился страх.