— Искать! — рявкнул Барсуков. — Охранники остаются на объекте. Кондратьев, твои люди — в погоню! Рыть носом. Они не могли далеко уйти!
Глава 34–35
34
Бывалый мент, конечно, прав. Около двадцати минут назад на том месте, где Барсуков сейчас отдает приказы, я замахивалась на подленького Доктора.
Тот испуганно присел — и вот оно, спасение! Из стены торчат обломки труб. Так ли я права, считая дыру вверху единственным выходом? Здесь находилось химическое производство, которому требовалась канализационная система. Мне доводилось пользоваться подземными коммуникациями, они устроены однотипно. Я простукиваю оштукатуренную стену и стреляю над трубами из двух пистолетов. Пули вычерчивают ровный полукруг. Удар ногой — обломки кирпичей освобождают пустой проем.
— Субботин, ползешь первым, — командую я. — За тобой — Доктор.
— Я не полезу! — возражает Доктор.
— Полезешь. Иначе прострелю твою толстую задницу. Быстро!
Солдат скрывается в тесном туннеле. Я подталкиваю Доктора. Перед тем как лезть самой, я для острастки дважды стреляю по основному выходу. Охранники огрызаются автоматными очередями.
Наша троица пробирается по старым трубам. Приходится подгонять неуклюжего Доктора.
— Колодец! — звучит глухой голос Субботина.
Я не ошиблась, выход есть!
Больше всех свежему воздуху рад Доктор. Он не привык к таким испытаниям. Николай страшно устал и тяжело дышит. Но времени расслабляться нет. Мы все еще на территории стройки. Неподалеку солдаты из охраны продолжают лупить из автоматов. Я безжалостно гоню попутчиков к забору, а затем в спасительный лес. А вот и подходящая ложбинка между кустами. Я объявляю привал.
Субботин валится на траву. Я забираю из его ослабевших рук оружие и скупо благодарю:
— Спасибо, если бы не ты…
Николай смущен. Я похлопываю его по плечу; мужчинам не надо слов — им нужны прикосновения. Доктор садится подальше от солдата. За время знакомства я успела оценить его упрямство и церемониться больше не собираюсь.
— Вздумаешь побежать — убью. Закричишь — убью. Будешь меня нервировать — тоже убью, — жестко, не повышая голоса, предупреждаю я Доктора. — Субботин, ты помнишь, какую ампулу вкололи вашему Стасу перед тем, как у него развязался язык?
Я показываю темные ампулы, извлеченные из карманов, Николай выбирает.
— Кажется, эту. Я сам не видел, но Стас ругался, что «пятьдесят седьмую» ему больше ни в жизнь не втюхают.
— Попробуем пятьдесят седьмую. — Я демонстрирую Доктору ампулу с красными символами, оканчивающимися на «57», и набираю в шприц раствор.
— Вы не смеете! Возможна передозировка. Это опасный препарат! — испуганно скулит Доктор.