Небольшая, но уютная столовая располагалась на пересечении маршрутов.

Подкрепились.

Поделились впечатлениями.

Пошли дальше.

Еще вереница залов. Еще раз попили чайку и оправились, подспудно общаясь. И еще раз. И еще.

Наконец они достигли финального — космического зала.

Здесь располагалась огромная модель Солнечной системы.

Экскурсовод кивнул смотрителю. Тот выключил электрическое освещение и запустил модель.

Вспыхнули огоньки, подсвечивая шары планет. Ярко загорелось солнце. И все пришло в движение…

Автоматон. Как есть. Его почти два года делали. Но с большим количеством технических новинок. Так, внутри полых стеклянных планет располагались лампочки накаливания, подсвечивая их изнутри. Отчего в темноте они особенно ярко выделялись. А в движение эта красота приводилась электромоторами, которые питались от двух медных дорожек, проложенных вдоль стальных направляющих в смоляных изоляторах. Лампы тоже с них забирали электричество.

Ресурс у всего этого был крошечный. Каждые двадцать часов — техническое обслуживание. Но эффект…

Ребята прямо заохали и заахали.

Для них то, что они увидели сейчас, казалось настоящим волшебством.

Экскурсовод же с невозмутимым видом рассказывал о том, как устроена Солнечная система и что она одна из сонма других в нашей Вселенной. Разных.

Пять минут.

Модель остановили.

Свет включили.

И возбужденную публику повели на последнюю чайную церемонию. В этот раз подкрепленную более основательными закусками. А они щебетали без умолку…

Денег у России хватало, и Алексей при полной поддержке Петра щедро вливал эти средства в развитие науки и технологий. Даже в такие направления, которые, казалось бы, прямой отдачи дать не могли. Зато крепко и основательно расширяли кругозор и понимание различных процессов.

По сути, Россия смогла агрегировать под своей рукой львиную долю всех пытливых умов планеты. В основном из Европы, но потихоньку подтягивались люди и из других мест. Из той же Индии уже полсотни «головастиков» трудились на благо науки. Из Ирана сотня. И так далее.

Как в кабинетах, так и в экспедициях, которых было много. Очень много. На начало 1716 года — аж 612 штук. Около сотни, конечно, занимались геологоразведкой. Остальные же раскапывали древние руины, искали окаменелые кости древних животных, изучали пещеры и животных. Двадцать семь относительно небольших кораблей исследовали Мировой океан, уточняя карты. Даже в зоне вечной мерзлоты десяток экспедиций постоянно болталось. И это порождало настоящую полноводную реку разнообразных научных и околонаучных статей. И артефактов. И сведений о мире.