Уже оказавшись на земле, я положил ребенка себе на сгиб ноги животом вниз и похлопал его по спине. Игорь с Пелагеей смотрели на нас со страхом, только в глазах Корнея было напряжение.

— Кха! — «блеванул» водой мальчишка и судорожно вздохнул.

К счастью, делать ему искусственное дыхание или как-то еще пытаться избавить от воды не пришлось. Продышавшись, он встал с моего колена и посмотрел на нас всех ошалелыми глазами. А затем кинулся мне на грудь, по-детски зарыдав. В этом плаче он испускал весь тот страх, что накопился в нем, пока он тонул. Я гладил его по спине, успокаивая. Наказывать буду потом, когда придет в себя. Сейчас у него шок и он просто ничего не поймет.

— Идем домой, — сказал я, когда Иван немного успокоился. — Там расскажете, как дошли до жизни такой.

Хоть говорил я вроде и спокойно, но оба близнеца вздрогнули и рефлекторно закрыли уши. Ага, чуют за собой вину. Отец любитель ухи накрутить в назидание, если кто провинится.

Когда проходили сквозь деревню, те люди, что не были в полях или только возвращались домой, проводили нас кто удивленными, а кто и любопытными взглядами. В глаза все молчали, но стоило нам пройти, как за спиной начинался шепоток. Да уж, устроили близнецы для деревенских «шоу» и новую тему для сплетен.

В доме я приказал заварить для них успокаивающего взвара, да разжег камин. И закутав обоих в плед — больше для того, чтобы они полностью успокоились, чем для согрева, стал задавать вопросы.

— Ну и с чего вы на речку пошли? Да еще без взрослых?

Оба угрюмо молчали.

— Я не отец. Ухи крутить не буду. Сразу хворостину возьму, да по вашим задницам ей пройдусь. Узнаете, как крестьянских детей наказывают.

— Мы — дворяне! — впервые подал голосок Игорь.

Да таким возмущенным он был, что я чуть не рассмеялся. Но все же удержал лицо.

— Дворяне чтут этикет и слушаются старших. А вы как дети крепостные поступили. Это у них нет почтения перед словом старших, пока им розгами ум не вобьют. Так с чего к вам должно быть иное отношение?

Конечно, я утрировал. Понятно, что крепостной или дворянин — ребенок есть ребенок. Но раз уж Игорь встал «в позу» и принялся «козырять» своим происхождением, то и аргумент у меня должен быть соответствующий.

— Я вас слушаю, — напомнил мальчишкам я о своем вопросе.

— Я Игорю сказал, что плавать умею, — тихо прошептал Иван. — А он не поверил. И сказал, чтобы я доказал на деле.

— Слову дворянина принято верить, — посмотрев на Игоря, заметил я. — На этом наше общество держится. А ты явное недоверие к собственному брату проявил. Оскорбил его. Какой же ты дворянин после этого? Или на дуэль хотел нарваться?