Помещения казались неоправданно маленькими для такой насыщенности. Огромные окна до пола немного исправляли ситуацию, но не спасали окончательно.

Леа провела ладонью по холодной позолоченной раме зеркала и отступила на шаг. Красиво. Торжественно. Но жить здесь она бы не согласилась. Впрочем, ей ли, выросшей в двадцать первом веке и пресыщенной впечатлениями, судить одинокого короля, у которого было не так много способов скрасить досуг.

Они медленно брели по залам, всматриваясь в детали и ломая голову: где же в этом пестром великолепии скрывается тайник.

– Я пас, – устало выдохнула Стаси у очередной двери. – Тут надо каждый завиток облапать, проверяя: нет ли за лепниной тайника. На это вся жизнь уйдет! – Она подняла голову к потолку и разочарованно скуксилась. – Смотри-ка, они заклеили трещинки малярным скотчем. Куда катится этот мир?

– Да, куда-то не туда катится, – согласилась Леа, проследив за взглядом подруги. – А про тайник… Все должно быть проще. Должен быть какой-то символизм.

– Так он и есть в каждом завитке. – Стаси сокрушенно всплеснула руками и облокотилась на дверь.

Та неожиданно оказалась открытой. Анастасия коротко глянула в образовавшуюся щель.

– О! Аеолодикон[39] ! – по-детски обрадовалась она. – Пойдем посмотрим. Я видела подобное в Немецком музее. Мне даже поиграть на нем дали.

– А разве можно? – Леа растерянно осмотрелась, но подруга ответила на ее вопрос широкой ухмылкой.

– Ты забыла, зачем мы тут? Пошли!

Западная гобеленная мало отличалась от прочих комнат: золото на карнизах, расписные потолки, массивные двери и выцветшие от времени, но все еще довольно яркие сюжетные гобелены. Было даже немного удивительно, что среди этой пестроты Стаси заметила музыкальный инструмент. При поверхностном взгляде он сливался со стеной. Внешне аеолодикон напоминал белоснежный рояль, украшенный золотой лепниной.

– Идеально, – восхитилась Стаси, проведя ладонью по крышке инструмента. – Он явно просит, чтобы на нем поиграли. Для инструментов вредно без дела стоять.

– Ты что! – Леа подняла руку, словно хотела физически остановить Стаси. – Это же музейный экспонат!

– Да я тихонечко. – В подругу будто демон вселился. Она подтащила широкий, расшитый на манер гобелена табурет поближе к инструменту и торжественно распахнула крышку.

– Нас заберет полиция. – Леа обреченно покосилась на дверь.

– Ну и прекрасно! Поскорее встретишься с Райнером.

Стаси усмехнулась. Ее пальцы мягко опускались на клавиши, делая игру практически бесшумной. Прислушавшись к самой мелодии, Леа закатила глаза.