Офицер встретил Леа приветливой улыбкой и, коротко кивнув на место для посетителей, уткнулся в рабочий ноутбук.

– Добрый день, фрау Тиль, спасибо, что нашли время заглянуть к нам. – Офицер смотрел исключительно в монитор, поэтому Леа позволила себе закатить глаза. Будто у нее был выбор! – У меня всего несколько вопросов. Потом мне понадобится ваша подпись. Предупреждаю вас об ответственности за дачу ложных показаний. Вы готовы?

– Да, – коротко ответила она. Будничный тон мужчины заставил немного расслабиться. Возможно, преждевременно. – Как можно к вам обращаться?

– Простите, голова дырявая – не представился! – спохватился офицер и, приподнявшись с места, протянул Леа руку. – Рихард Штольц. – Вы были знакомы с жертвой? – уточнил он, заглядывая в бумаги. – С Тобиасом Шильтом?

– Да, – сразу ответила Леа. – Мы познакомились в день открытия симпозиума несколько дней назад. Он дежурил в Нойшванштайне.

– Вас герр Фаст представил?

– Да.

– Какие у него были отношения с герром Шильтом?

– Мне показалось, что приятельские. – Леа пожала плечами, стараясь сконцентрироваться на первом впечатлении и откинуть мысль, что Тоби собирался подставить Райнера, чтобы прославиться.

– Хорошо. – Рихард черкнул пару строк в разложенных на столе бумагах и, сложив руки на груди, внимательно посмотрел на Леа. – Расскажите, где вы провели тот день?

– В основном на симпозиуме, – голос у Леа дрогнул, но она сумела удержать его. – Рано утром мы с Райнером и Стаси – Анастасией Эдельранк – ездили в гостиницу, где накануне гибели остановился профессор Штайн. Мне нужно было забрать рабочие документы, и его племянница позволила это сделать.

– Вы с ней знакомы?

– Да. Профессор нас знакомил. Потом я отправилась на симпозиум и провела там большую часть дня. Вечером мы с Райнером собирались поужинать во Фюссене.

– Почему там?

– Для разнообразия. – Леа неопределенно пожала плечами. В целом ей удалось взять себя в руки, и ее рассказ получился правдивым и стройным.

– Какие отношения у вас с герром Фастом? Давно вы познакомились?

Вопрос казался безопасным, но Леа все равно занервничала. Она и сама не знала, какими теперь были ее отношения с Райнером. И если отвечать коротко и сухо, то…

– У нас была мимолетная интрижка, – раздалось из-за спины. – Ничего серьезного.

Леа резко обернулась и застыла. В распахнутой двери стоял вчерашний офицер – тот самый, что был с собакой. Александр, кажется. А рядом с ним – Райнер. Уверенность Леа не просто растаяла, она рассыпалась, как стекло, разлетелась мелкой крошкой и осела у ног. Сбившись с ритма, сердце глухо провалилось в живот. А после и вовсе перестало биться, судя по ощущениям.