– Ох, Леа, такой снобизм даже обижает. Ты точно историк? – Райнер лукаво прищурился. – А как же дух Людвига Баварского? Неужели эпоха последнего романтика Европы не вызывает у тебя ни капли трепета?

Леа стоило огромных усилий выдавить из себя улыбку. Пожалуй, во всей мировой истории не нашлось бы личности, которая интересовала ее меньше. Одержимость Элизы «королем-мечтателем» и ее последующая гибель оставили в душе Леа стойкое отвращение ко всему, что хоть как-то касалось Людвига. Но делиться этим с Райнером в планы не входило.

– Я выросла на берегах Рейна. – Леа медленно подошла к окну и задумчиво посмотрела на коров. – И, как и твой Людвиг, между прочим, больше восхищаюсь эпохой Средневековья и ее памятниками.

– Вот как?

– Да. Ты когда-нибудь бывал в Эльце?

– Конечно, – тут же кивнул Фаст, оживившись. – Именно там происходит действие моего первого успешного романа «Кровавая вуаль Леди в алом»…

– Он не менял хозяев с основания в XII веке, представляешь? Ни разрушений, ни серьезных перестроек… Вот там действительно живет история! А Нойшванштайн… – Леа снисходительно усмехнулась. – Людвиг будто специально его для Диснея строил, воплотив самые глупые романтические иллюзии.

– Ох уж это снисходительное высокомерие поклонников Карла Великого[19] , – захохотал Райнер. – Сразу видно, что твой куратор – Штайн. Но если Людвиг II и Бисмарк тебя не вдохновляют, то стоило ли себя мучить ради строчки в резюме? Подозрительно.

– С каких пор командировки стали противозаконными? – Леа слегка улыбнулась. – Меня герр Штайн убедил поехать. Точнее, так получилось. В последний момент его напарник заболел, и помочь с подготовкой было некому. Ну и не надо недооценивать строчки в резюме.

Райнер нахмурился. Несколько секунд он размышлял, но после, просияв, хлопнул себя по лбу.

– Да что я тебя слушаю? Других-то планов все равно нет. Поедим и поедем. Даже критиковать лучше то, что видел своими глазами. К тому же ты должна мне желание!

Он схватил замершую от неожиданности Леа и потянул в сторону двери. Конечно, стоило бы отмахнуться, но как раз в этот момент желудок предательски заурчал, напомнив об отсутствии нормального завтрака. И ужина тоже. В общем, ничего не оставалось, как позволить Райнеру увести себя в ресторан.

Ароматный дымок жареного бекона настиг их еще на верхних ступеньках. Он призывно щекотал ноздри, обещая подарить наслаждение не хуже кокосового батончика.

– Чувствуешь? – Райнер повел носом. – Баварцы знают толк в хорошей еде! Божественные рульки, томленные в пиве, с запеченной хрустящей корочкой! А кнедли[20] с луком и шкварками? А картофельные оладьи с яблочным муссом? Истинное наслаждение! Самую вкусную немецкую еду придумали в Баварии. Отвечаю!