– Конечно, – в голосе моментально прорезались стальные нотки. – До сих пор удивляюсь, что он существует… эм-м, не метафора, а реальный документ. Но там все просто же? Пока мы придерживаемся принципов справедливости, покровительство Стража на нашей стороне. Справедливость – это то, чего так не хватает современному христианству. Не все достойны прощения. Даже если очень сильно попросят.

– Философское замечание, – медленно кивнул пожилой мужчина. – Но в нашем случае тот, первый договор, заключенный «Орденом Тевтона» во благо объединенной Германии, имеет физическую форму и юридические нюансы.

– Немецкая бюрократия, конечно, притча во языцех, но чтобы настолько…

– Настолько. Стражу была передана некая ценность, и пока эта ценность у него, ордену сопутствует удача. Но договоренность все еще можно расторгнуть. Чего нам, как ты понимаешь, не хотелось бы.

– Говорите…

– Дело в том, что в начале прошлого столетия документ был украден. Все это время он находился… вне нашей юрисдикции. Но недавно появился след. Нужно проконтролировать одного человека и помешать ему совершить… необдуманный поступок. И проследить еще кое за кем.

На стол легла пачка фотографий.

– Что? – послышался негромкий свист: наемник явно не ожидал увидеть эти лица.

– Теперь ты понимаешь, почему я не мог попросить никого другого?

– Да уж, задачка. Вы хотите, чтобы я их… того?

– С этим возникнут какие-то проблемы? – Мужчина вопросительно изогнул бровь.

– Страж не любит напрасных жертв. Как и я. Вы это знаете.

– Знаю. Вот и постарайся обойтись малой кровью. Как ты умеешь. Связь будем держать как обычно. Главное – не спускай глаз с девчонки. Всем будет лучше, если она покинет Баварию как можно скорее.

– Хорошо. Постараюсь ее припугнуть.

– Что до второго… Страж переживет эту потерю.

В ответ раздался невеселый смешок. Наемник привычным движением спрятал фотографии и поднялся из-за стола.

Апрель 2018 года

Берг, Бавария

Комната, куда заселили Леа, располагалась на втором этаже и окнами выходила на восток. Минусом можно было считать отсутствие кондиционера – весна в этом году выдалась аномально жаркой. А плюсом… Оставшись наедине с собой, девушка подошла к письменному столу и распахнула окно. Вместе с потоком свежего воздуха, всколыхнувшим листы на столе, в комнату ворвался аромат только что скошенной травы. Леа вдохнула полной грудью, наслаждаясь естественным природным парфюмом и атмосферой умиротворения.

Комнату смело можно было назвать аскетичной обителью благонравной немецкой девицы. В обстановке царила сдержанная простота. Кровать с небрежно накинутым пледом из овечьей шерсти, старый расписанный цветами комод с потертыми медными ручками. Над комодом висело овальное зеркало в тонкой раме из светлого дерева. Рядом с дверью ютился большой и несколько несуразный двустворчатый шкаф с зеркальной дверцей. У окна стоял письменный стол. Основательный. Дубовый. Сейчас таких уже не делают.