— Возвращаясь к твоему вопросу, — сказала старшая стража. — Вам не надо ничего бояться. В космосе много разных существ, среди них есть жуткие создания. Но мы защищаем Землю.

— Мы не боимся! — возмутился растрёпанный. — Мы наоборот! Если надо — мы готовы.

Они что, в Гнездо просятся?

— Хорошо, — торжественно сказала стража. — Если потребуется больше Изменённых, то об этом объявят. Тогда вы сможете прийти и предложить свою помощь.

— А пока вам надо хорошо учиться, чтобы человечество могло и само за себя постоять! — быстро добавил я. И ощутил себя древним, как отец или деда Боря.

Возмущаться пацаны не стали. Очень серьёзно кивнули, а потом светловолосый протянул старшей страже руку. Стража церемонно и осторожно пожал ему ладошку и пацаны, толкаясь и тихонько смеясь от собственной смелости, пошли к метро.

— В Гнездо вербовались? — спросил я.

— Каждую ночь одного-двух ловим, — ответила старшая стража.

Я покачал головой. Надо же. Сразу после Перемены Изменённых боялись, особенно дети. Ходили страшилки, что они любят полакомиться мелюзгой, ну, или превращают их в себе подобных.

За руку прощаться со стражей я не стал. Кивнул, пошёл к метро. И у входа нагнал мальчишек. Похоже, те меня ждали.

— Можно вопрос? — выпалил светловолосый.

— Валяй.

— Вы правда были Изменённым?

— Да.

— И как это? — жадно спросил он.

Я подумал.

— Странно и немного страшно. Но я не хотел, так получилось. А можно и мне вопрос?

— Как со стражей? — понимающе сказал мальчишка. — Можно.

Видимо они и впрямь много тусовались у Гнёзд.

— Почему вы проситесь в Гнездо? — спросил я. — Вы здоровые умные ребята. Живёте в Москве. Вроде не голодные, не оборванные. Родители есть, верно? Любят вас. А вы спрашиваете у стражи, можно ли прийти в Гнездо.

Мальчишки переглянулись.

— А вы зачем стали Изменённым?

— Случайно, сказал же. Ещё из-за любви, но она тоже всегда случайна. А вы?

Светловолосый пригладил волосы, будто собирался выйти к доске. Отличник, наверное. И явно очень «домашний».

— Вы не поймёте, наверное.

— Я попробую.

— У них… всё какое-то настоящее… — мальчишка глянул на меня исподлобья, потом покосился на товарища, будто опасаясь насмешки. Но тот тоже смотрел серьёзно и даже кивнул. — Вы не думайте, что мы хотим быть большими, сильными и быстрыми… то есть тоже хотим, но… Вот у меня папа инженер. Он говорит, что мы от Инсеков отстали навечно. Что Изменённые хоть для чего-то нужны, может работают на Инсеков, может сражаются, но хоть что-то. А мы копошимся как дикари.

— И у меня папа тоже самое говорит, — подтвердил растрёпанный. — Он врач. Если бы Инсеки захотели, то его профессия была бы никому не нужна. Может они и захотят ещё! Зачем учиться, когда всё окажется ненужным?