Не завидую я его жене, ой не завидую…

Больше Баграт ничего мне не говорит, а я опять смотрю на дорогу, рассматриваю прохожих, а сама о дочке своей думаю.

С ранением, с больницей я чувствую вину перед ней, потому что несчастье с Ратом подорвало меня, и пока я была в больнице, моя дочка осталась в особняке под присмотром экономки… Вроде бы все понятно, обстоятельства и прочее, но я чувствую вину перед своей малышкой. Мы никогда не расставались больше чем на несколько часов, а тут несколько дней…

Да, я говорила с Мирой по телефону, даже ей на ночь сказку рассказывала перед сном также по телефону, плакала сама, когда моя малышка называла Рата папой и спрашивала, как быстро он вернется.

Я кусала кулак и молча плакала, надеясь, что не сорвусь в истерику. Как страшно терять, когда только обрел, и я не хотела для дочки этого.

Моя нежная, добрая Мира только-только поверила в чудо, поверила в то, что плинц Малат больше ее не оставит…

Выдыхаю. Опять делаю вдох. Нельзя скатываться в истерику.

Наконец, машина останавливается почти у дверей особняка, и я не жду никого, вылетаю первая, чтобы влететь в дом и обнять свою дочку, но замираю, хлопнув дверью, на полушаге.

Сердце ударяет болезненно. Вижу мою девочку на руках у своей родной бабушки. Мира хлопает в ладоши и улыбается, а женщина проводит рукой по ее пушистым волосам и мое сердце опять отзывается резким ударом, ведь… ведь моя Мира так похожа на маму Марата.

Раньше мне казалось, что она копия отца, а вот теперь моя маленькая девочка сидит на руках у Сони и я улавливаю их схожесть.

Рядом еще одна девушка. Волосы темные. Красивая такая, миниатюрная. Глаза большие, светлые. Она мягко улыбается мне. Протягивает руки в знак приветствия и проговаривает, улыбаясь:

— Здравствуй, Оля. Я Надежда Умарова. Жена Баграта.

— Надо же… — вылетает у меня случайно.

С трудом представляю эту яркую и нежную девушку рядом с грозным и нелюдимым на вид Багратом.

Мою фразу она слышит и улыбается еще шире.

— Да, вижу, мой муж уже успел оставить о себе первое неизгладимое впечатление.

Переводит все в шутку и на сердце у меня теплеет. Явно жена Баграта нечета ему, злому и бессердечному. Так я его вижу после финта в машине. Да, возможно, я остыну и пойму, что брат моего любимого меня проверял на вшивость, как бы сказала моя соседка, но все же от этого его поступок не менее жестокий.

Он ударил по больному, всковырнул рану, ведь в глубине души я очень боюсь того, что Рат не придет в себя, а если и придет, то останется прикованным к кровати.

Это ужасно.

Видимо, мои мысли отпечатываются у меня на лице, потому что жена Баграта начинает смотреть на меня все так же мягко, но уже с явным сочувствием.