Разговор, впрочем, за столом велся вполне по свойски, громогласно и свободно. Хотя, при моем появлении он стих. Я уселся за стол и сказал:

— Через час я звоню Берии. Он приедет с охраной. Павел Петрович, ты не подскажешь, где нам с ним лучше будет встретиться?

— А здесь и встречайтесь. На перекрестке у дома. А если что- уйдете подземным ходом на Болотную. Лучше в округе места нет — на мой взгляд на судки и тарелки пояснил — из трактира на Ордынке. Постоянно мне носят, не нервничай.

Я сообразил что проголодался. Налил в чистый стакан морсу, и, с некоторой опаской подвинул к себе блюдо с чем-то непонятным, из слоистого теста:

— Это есть можно? — спросил я у сидящего рядом Митяя.

— Это пирог — ответил тот.

— Пирог? — удивился я.

— С вишней — кивнул Митяй.

— Вкусный? — по местной понтярской кухне, я ожидал чего-то вычурного с изьебом, а не просто пирога.

— С вишней! — отрубил молодой конный таксист.

Пока я уминал пирог, решив не выяснять, что в остальных судках, дед Кандрат наполнил рюмки. Я отказался, а Калинин взял свою, и сказал:

— Мы скоро уедем. Но, пока есть время, скажу. Я рад что у Романа такие друзья. Я очень рад, что с вами познакомился. Мы обязательно еще с вами посидим за одним столом, я обещаю. И не хмурься Митяй. Я привык исполнять свои обещания.

— Да нет, Михал Иваныч. Неясность тут у меня, просвети. Ты всеж человек умный. Я тут, раз в неделю, подработку нашел, на Ямской, в Научном Институте.

— Да ты ученый, что ли, Митяй?- удивился я.

— Какой к херам ученый⁈ Подработка там- дрочить в пробирку. Приходишь с утра, тебя отводят в маленькую темную комнату, и просят приступать. Хули ты, блять, Роман, ржошь? Все честь по чести. Четвертак рублей за порцию, чай с булочкой по завершении. Все вежливые и обходительные.

— А в чем проблема то? — мне пришлось напрячься, чтоб не ржать на весь город. Народ за столом тож явно сдерживался. А дед Кандрат сделал фейспалм. Видимо не первый раз вопрос обсуждается.

— Заведение это называется — Институт Мозга. Прям так, с большой буквы

— И что? — кажется я покраснел, от сдержанности.

— Вот набираешь ты, Михал Иваныч, себе недоумков, а потом херня кругом творится. Объясните мне мужики. Мозг и малофья — в чем связь⁈

Как выкрутится вождь, я не стал дожидаться. Мы с Петровичем пошли смотреть подземный ход, в который можно было попасть через люк в полу, в соседней комнате. В нише лежала связка факелов. Петрович пояснил, что никуда не сворачивая, через пару минут выходишь на Болотную, в стену набережной.

Возле въезда во двор, так и сидел на завалинке мужик, представленный мне как Михаил Викторович. Мы уселись рядом с ним, и я согласился, что место вполне годится.Перекресток, почти маленькая площадь. Подходы легко контролируются. Если что, можно надолго задержать достаточно серьезные силы. Пока мы с Калининым не свалим подальше.