— Почему⁈

— Потому что Советский Союз — лучшая в мире страна. А ты, Боб, только свиду мудак, а на самом деле — русский.

— От грузина слышу!

— Ну да. Мы с тобой, Боб, советские люди. Нормальные, а не как эти вон — он кивнул на развалины — чем громче пернешь, тем больше социализма.

— А вот здесь мы с вами, Лаврентий Павлович, не совпадаем. Чем больше прое@а и страданий, тем больше величия.

— Ты, Борисов, своей парадоксальностью, Сашку Воронцову развлекай. Далеко идти?

— Она жива⁈

— Что ей сделается? Они даже из комиссариата не успели выехать…

— Вот кстати, Лаврентий Палыч! Вы чем Александру запугали, что она со мной водиться решила?

— Ты больной, что ли? Боб, решив давить на Воронцову, нужно сдать партбилет и написать завещание.

— Да ладно вам, товарищ Берия! Сашка- замечательная. А вам и вовсе, даже гадостей бы говорить не стала.

— А! Так ты еще не познакомился с ее отцом? Хех. Теперь, когда мне понадобиться тебя наказать,Боб… вспомнив это, я передумаю. Жизнь, она сама кого хочешь накажет…

— Гм. Не хочу, но сделаю вам комплимент, товарищ нарком. Мне вдруг стало как то насрать на всю это возню с госперворотами. Мне сделалось тревожно.

— Это азы работы с подчиненными, они должны быть постоянно испуганы…

Явление товарища Калинина из подвала, больше всего напоминало сцену «Партизаны вышли из леса». Верные, вооруженные барбудос, с пулеметом на плече у Палыча, и скромный вождь. Даже унылый зипун, что я спер в кладовке Большого, выглядел героической одеждой военного стратега, а не абы чем.

— Товарищ Калинин, — заговорил Берия — там, у Большого, огромный митинг. Прошел слух что ты погиб, люди отовсюду съезжаются.

Вокруг, между тем, началась веселуха. Вслед нам с наркомом во двор, напугав лошадей, с ревом, задним ходом, въехали Паккард Калинина и МАЗ охраны. Я услышал, как на перекрестке, раздаются команды, и топочут сапоги. Невесть откуда объявившийся Чашников, непринужденно оказался вдруг между Михал Иванычем, и мужиками- извозчиками.

Но вождь не стал так просто расставаться с защитниками. Пожал руку каждому извозчику, и лишь потом уселся в авто.

На переднем сидении уже сидел Ваня Петрухин, вслед Калинину в салон залез Берия, я уселся на откидную сидушку. Чашников захлопнул за мной дверь, и авто поехало.

— Обстановка полностью контролируется, товарищ Калинин — заговорил Берия — все инициаторы и участники заговора, установлены и задержаны.

— Шаман? — спросил Калинин

— Взяли теплым. Он сейчас у Гершензона в институте, освещает все в мельчайших деталях и нюансах. У Льва Давыдовича не забалуешь.