Скользнуть за поворот помог медный прут громоотвода, и пару секунд Пепел даже всерьез изучал его на предмет того, чтобы спуститься вниз, но в итоге оставил в покое: слишком хлипкий, да и на фасаде держится на соплях. Пришлось ползти по карнизу дальше, тем более что совсем недалеко, всего через пару окон, просматривалась водосточная труба, гораздо более перспективная в этом плане, чем громоотвод. Проблема была лишь в том, что окна те оказались пусть и не ярко, но освещены, то есть в комнате, скорее всего, кто-то был. А значит пробираться под ними придется, согнувшись в три погибели, да еще и пытаясь при этом удержаться на узеньком уступе и не сыграть вниз.

Подобравшись ближе, Пепел выяснил, что не ошибся, внутри и вправду оказались люди — если судить по голосам, слышным даже сквозь прикрытые створки. А если к этим голосам прислушаться, то становилось понятно и кто говорит: сьер Фирмиллит общался со сьером Шунерутли, да еще и делал это на повышенных тонах:

— Как? — нервно вопрошал он, кажется, даже потрясая кулаками. — Как такое вообще могло случиться? Мыши в дипломатической почте! Вам что, кота отсюда прислать? Там подходящего не нашли?

В ответ что-то забубнили, оправдываясь.

Пепел сделал еще пару мелких шажков, вплотную придвинувшись к раме, чтобы не пропустить ни единого слова. Похоже, там обсуждали их с мышкой подвиги, и подробности захотелось узнать просто до зуда.

— Ну, может, конечно, и не ваши, если вы так настаиваете… — сбавил тон Фирмиллит.

— Настаиваю, — тихо, но твердо подтвердили ему в ответ. — У нас этот тубус точно не открывали, так что если содержимое и погрызли, то вредители приехали в нем вместе с бумагами.

— Демоны! — выругался сьер.

— Что, правда сильно пострадали? — посочувствовали ему дипломат.

— Не то чтобы сильно, но очень неудачно. Все три схемы повреждены примерно в одном и том же месте, с той стороны теперь вообще ничего не разобрать.

Эрдари довольно хмыкнул:

— Молодец, подруга, смогла все-таки. С меня горсть орехов, если свидимся.

А спустя еще минуту, по обрывкам вновь начавшихся разборок, выяснилось и еще кое-что. Во-первых, все три схемы были разными, хоть и выглядели почти одинаково. Во-вторых, в Сонресорм их возили не просто так — при вольфрамовых рудниках на Сиенуру негласно работал некий инженер, который должен был уточнить, где в изображенных на схеме приборах лучше размещать детали с высоким содержанием этого металла. Ну и в-третьих — благодаря их с мышкой усилиям потеряны оказались как минимум две недели, потому что все теперь придется повторять с нуля… Но самое главное, он выяснил-таки, где сейчас те бумаги, что сперли из проектного бюро военного министерства!