Она замялась, явно не ожидая такого вопроса, и на мгновение в ее глазах мелькнуло что-то похожее на растерянность.
— В спортзале есть тренажеры, — ответила она после паузы, тщательно подбирая слова. — Бассейн, опять же, если захотите поплавать. Есть сауна, ее можно включить самостоятельно, я покажу, как. Еще бильярдная на втором этаже, в левом крыле, но туда давно никто не заходит, честно говоря.
— Бильярдная? — я оживилась, чувствуя, как внутри загорается слабый огонек интереса. — Я когда-то немного умела играть. Плохо, конечно, совсем любительски, но умела.
— Хотите, покажу, где это? — предложила Мария, и в ее голосе послышалось облегчение от того, что разговор перешел в безопасное русло.
Я кивнула, отодвигая тарелку с недоеденным супом, и мы поднялись на второй этаж, прошли длинным коридором с картинами на стенах и остановились перед высокой дубовой дверью с латунной ручкой в виде львиной головы.
Бильярдная оказалась большой комнатой с окнами в пол, выходящими в сад. Огромный стол из темного дерева с зеленым сукном, идеально ровным, но покрытым тонким слоем пыли, занимал центр комнаты. На стенах висели картины с охотничьими сценами — гончие собаки в прыжке, лошади с раздувающимися ноздрями, всадники в красных камзолах, трубящие в рога, — все это выглядело старомодно и немного мрачно. В углу стоял бар со стеклянными дверцами, за которыми поблескивали разноцветными боками бутылки с алкоголем, покрытые такой же тонкой пылью, как и бильярдный стол.
Я подошла к столу, провела пальцем по деревянному борту. Палец оставил в пыли четкий след, словно я подписалась под чужим забытьем.
— Давно здесь не играли, — заметила я, разглядывая этот след.
— Давно, — согласилась Мария, и в голосе ее послышались нотки, которых я не смогла расшифровать. — Очень давно. Дамир Андреевич не любит сюда заходить.
Я хотела спросить, почему, но вовремя остановилась. Не мое дело. Совершенно не мое дело, почему хозяин этого дома избегает собственной бильярдной. Может быть, ему не нравится зеленый цвет, может быть, он терпеть не может бильярд — мало ли причин.
Мария ушла, сославшись на дела по хозяйству, а я осталась стоять посреди бильярдной, чувствуя, как странная энергия этого места проникает в меня. Здесь было тихо, как и везде в этом доме, но тишина здесь была другой — не мертвой, а скорее затаившейся, ожидающей.
Я подошла к шкафу у стены, открыла его. Кии висели в идеальном порядке, начищенные до блеска, будто их только вчера принесли из мастерской. Я взяла один, взвесила в руке. Тяжелый. Настоящий, профессиональный, не то что дешевые кии в бильярдных, куда я ходила когда-то с друзьями.