Я лишь многозначительно поднял бровь, давая понять, что тема неприятна.

Горчаков понял без слов и лишь покачал головой, с наслаждением быстро хватая пирожки и забрасывая в рот, они по размеру не крупнее пельменей, и запивая их кофием. Только у меня и может так сладострастно нарушать строгие правила этикета и вообще правила, что регламентируют каждый шаг. Здесь, в этой комнате, он мог позволить себе быть просто Сашей, а не сыном светлейшего князя. И это было его маленьким, тайным бунтом.

— И, думаю, надо бы и Сюзанну пригласить на эту аудиенцию. — сказал он, насытившись.

Я удивился:

— А её зачем?

Он посмотрел на меня с лёгким недоумением, потом улыбнулся.

— Ты лучше расскажешь о сути, но именно она точнее ответит на все вопросы о финансировании, окупаемости и логистике. Без неё твои дирижабли так и останутся в глазах отца красивой игрушкой.

Я сдвинул плечами, осознавая правоту его слов.

— Ладно-ладно, тебе виднее. Она в доме, сейчас позову.

Стелс–режим жрёт слишком много энергии. А после последнего апгрейда, когда все дроны пришлось увеличить почти вдвое, «тёмных кристаллов» требуется тоже вдвое больше. Единственный вариант — замаскировать их как-то иначе, чтобы можно было обходиться без стелса. Вообще-то в Петербурге никто на небо не смотрит, оно даже летом затянуто неопрятными тучами, но на всякий случай я покрыл дроны снизу специальной краской, чтобы терялись на фоне облаков. Вдруг кто задерет голову? Верх трогать не стал — пока ещё никто не смотрит вниз из окон самолётов.

Но с тёмными кристаллами скоро придётся что-то решать. На первом уровне Щели я уже почти всё выбрал из легкодоступного, а на уровень ниже… там был уже не уголь, а нечто, для чего у меня просто не было названия. К счастью, человек двадцать первого века — это не человек девятнадцатого, для которого плоская Земля покоится на спинах трёх слонов. И если уж на то пошло, никому даже в голову не приходит спросить: если черепаха, на которой всё стоит, может на ходу ловить и жрать рыбу, то кто кормит слонов?

Если я хочу найти новые залежи, нужно искать другую, нетронутую Щель. Благо, при всей безобразности системы картографии России, удалось отыскать старые карты с их обозначением. Я в очередной раз подивился косному мышлению — люди обходили эти места стороной, как болота: «опасности нет, если не лезть, но утонешь, если полезешь». Вот и перестали лезть. Разве что спьяну, но такие обычно не возвращались.

Те Щели, где мы с суфражистками охотились на динозавров, я решил пока оставить. А вот новые могли скрывать и залежи угля побогаче, а в них — и новые запасы кристаллов.