Его брови взлетели выше, при всей невозмутимости я заметил в его глазах тщательно скрываемый интерес. Новые термины, которые я вообще-то почерпнул из словарей современного спортивного соревнования, говорят прямым текстом, что я знаю больше о воинских приемах, чем преподают на военной кафедре. И то, что не хочу им учиться, не говорит о том, что не знаю их хотя бы на уровне начинающего.

— Но ты выходил из драк победителем, — напомнил он.

— Только за счёт скорости и ударной мощи, — пояснил я честно и добавил про себя, спасибо аугментации, но это пока не наткнусь на действительно сильных.

Он сказал задумчиво:

— Тогда тебе нужно избегать дистанционных боев…

— Размажут с дальней, — признался я.

Он усмехнулся.

— Я заметил, всё поворачиваешь так, что противник сам навязывает тебе ближний бой. Или тебе бросают вызов, а там уже ты выбираешь оружие.

— Верно, — согласился я. — Пока везет.

Он сказал с сочувствием:

— Подумай, как устоять и на дистанции. Везти будет не всегда.

— Пока не вижу, как.

Он примирительно усмехнулся, сделав вид, что верит. Мы собрали оружие и пошли прочь из зала воинских упражнений.

Я вздыхал, учиться драться не хочется, это как вернуться в детство, где все мы были дикими, тупыми и решали детские проблемы ударами кулаков или пинками. Но я и тогда был ботаником, но, к великому счастью, наступил перелом. В обществе наконец-то сообразили, что именно ботаники становятся как самыми богатыми, что для простого народа так важно, так и самыми могущественными, а мощь стала определяться наконец-то не размером дубины.

Однако здесь мне не там, нужно продумать, как в самом деле повысить мощь, особенно на дистанции. В старину говорили: «Молодец против овец, а против молодца сам овца». Я сейчас молодец против сокурсников, но уже третий курс, боюсь, сумеет меня обломать. Не говоря уже о тех, кто на службе империи или у знатных фамилий. Там вообще звери, перед которыми я даже не овца, а ягненок.

Кликухи даются с первого знакомства, и даже самые несправедливые так прилипают, что годы и годы уходят на то, чтобы от них избавиться. Да и то получается далеко не всегда.

Наши аристократы ещё при вступлении приклеили мне прозвище «сибирская деревенщина», «безграмотный лапоть», хотя как раз в грамоте я показывал лучшие результаты, Горация и Овидия шпарил наизусть, что только вызывало неприязни ещё больше.

Но после тех стычек на курсе меня начали побаиваться задирать. Не все, конечно, но если бы не увидели мои кулаки в действии, меня бы пинал почти каждый, мир жесток.

К счастью, реальной магии почти ни в ком нет, решает пока что физическая сила, а я уже показал, что если на деревенщину сядешь, то слезешь с выбитыми зубами.