Вместо того, чтобы вместе со всеми устремиться к выходу, она отошла в сторону, отыскала взглядом меня. Несколько девушек, окруживших её, начали оглядываться в мою сторону, пошептались и покинули принцессу.

Я уловил едва заметный кивок, расценил как приглашение, поспешил на их сторону.

Она смотрит холодно и надменно, как ей кажется, но мордочка слишком живая и веселая, то ли дело лидер из кружка суфражисток, Глориана, этой не нужно притворяться, она вся ледяная глыба, даже не знаю, что её заставит улыбнуться, разве что публичная казнь сотни самых красивых мужчин?

— Ваше высочество, — произнес я, приблизившись.

— Поторопитесь, баронет, — произнесла Иоланта холодно и величаво. — Глориана уже отправилась за одеждой. А как у вас?

— Вообще-то всё при мне, — сообщил я.

Её красиво изогнутые брови приподнялись, она сказала с сомнением:

— Ну ладно, вам виднее.

Мы пошли в сторону выхода из Академии, пересекли широчайший двор, но у ворот двое охранников сдвинулись, загораживая нам дорогу.

— Прошу прощения…

При этом смотрят на меня, я же самец, не может женщина вот так взять и выйти во внешний мир одна, её должны сопровождать либо пожилые тетки, либо самец, всё-таки это наш мир, самцовый.

И у меня бы не спрашивали пропуск, будь я один или с приятелями.

Иоланта вытащила из сумочки бумажку с гербом и печатями.

— Вот пропуск.

Страж взял, посмотрел, чуть ли не понюхал, буркнул недовольно:

— Вообще-то покидать заведение не положено. Ещё занятия не кончились.

— Завтра выходной, — отрезала она. — Чего вдруг сидеть двое суток, когда можно съездить к родителям?

Он сказал со вздохом:

— Ну если к родителям…

На той стороне на парковочной площадке нас ждал сюрприз, во всяком случае для меня: автомобиль на высоких колесах.

Водитель вышел навстречу, крупный, могучий, явно ещё и телохранитель, почтительно распахнул дверцу.

Иоланта сказала мне повелительно

— Садись к нему вперед.

— Конечно-конечно, — сказал я поспешно и крайне почтительно. — Я же рылом не вышел ехать с вашим высочеством. Если сказать очень вежливо, не настолько ещё суфражистичен.

Она зыркнула зло, но не ответила, села сзади, водитель захлопнул дверцу и вернулся на своё место. Я опустился на соседнее с ним, всегда предпочитаю ехать впереди, не понимаю этой страсти корчить из себя толстых и важных на заднем сиденьи.

Ехать пришлось около часа, сперва выбрались из города, потом долго перлись по раздолбанной дороге, где больше всего следов от тележных колес, причем таких, словно возили гранитные глыбы на памятник Аменхотепу.

Ещё час петляли по не то проселочным дорогам, не то звериным тропам, наконец и я увидел впереди ещё один автомобиль. Когда приблизились к нему, оттуда вышли две девушки, одна рослая, как валькирия, волосы убраны под металлический шлем, с холодным высокомерным лицом, вторая с виду попроще, ростом ниже, чуть полнее подруги.