Он вздохнул, покачал головой.

— Уже начинаю думать, а вдруг в самом деле не баронет, а вовсе граф?

— Правильно думаешь, — сказал я значительно и добавил: — Но почему только граф?

Он распахнул рот от изумления:

— Неужто, батюшки… князь?

Я таинственно улыбнулся и не ответил, но вид у меня был «бери выше, но сам не скажу».

Пока едем верхами, я посматриваю по сторонам, память услужливо сообщает названия и генезис всех деревьев, кустарника, даже травы, как только брошу взгляд в их сторону, хотя нужно ли мне знать, что вот та травинка с блеклым жёлтым цветочком называется календулой, по латыниCaléndula officinális из семейства астровых, то есть Asteraceae, и ещё семьдесят две страницы убористого текста как она размножается, когда начинает цвести и когда заканчивает, какой величины и формы плоды, как и чем пахнет, какие побеги, на что похожи, из чего состоят, какие у неё соцветия, а ещё около ста страниц описания внутреннего строения клеток и особенностей фотосинтеза.

Нужно как-то упорядочить эти знания, без Сети кажутся хаотичными, научиться их ранжировать, иначе утону и ничего полезного не извлеку.

Именно это скопление знаний, что из количества иногда переходит в качество, подсказало, вон там вперед в двадцати шагах от великолепного дуба может находиться закладка, или как её называли в старину, клад.

Девяносто два процента вероятности, сказала интуиция, очень уж удобное место, приметный издали дуб, недалеко от дороги, торчит из земли скала в пару саженей, до половины обросшая мхом…

А на чем основано, спросил я мысленно, на что тут же получил ответ, что сообщение основано на основе обработки семи миллионов данных, начиная от психологии человека, и заканчивая топографическими маяками.

Дескать, через семьсот шагов находится то, что называется кладом или схроном. Ну, скорее всего. Вероятность девяносто…

Я сказал мысленно, что если ошибется, я сотру все анекдоты, чтоб Алиса прониклась, как важно не ошибаться, а то совсем обнаглела. Интуиция должна быть безошибочной и выдавать результат сразу, как бы по наитию, без всяких рассусоливаний и сложных расчетов.

Иван встрепенулся, посмотрел по сторонам.

— Привал?

— Да, — ответил я, — что-то кони запарились.

— Ну ладно, — сказал он с сомнением, — я подберу место.

— Я сам, — сказал я и пояснил, — должен уметь что-то и сам.

Он усмехнулся, но ничего не ответил. Я повернул коня, тот повиновался охотно, там же кусты с молодыми веточками и просто шелковая трава, Иван вздохнул, но повернул коня следом.

Следуя инструкции, я как робот послушно и правильно расседлал коня, стреножил и пустил пастись, а сам вытащил из мешка лопатку и отошел от дуба на двадцать шагов в ту сторону, куда указывает интуиция, за которой стоит огромная проделанная работа суперкомпьютера в пластине под верхней костью черепа.