Но что-то скрежетало. Что-то не складывалось. Слишком щедро. Слишком вовремя. Слишком настойчиво.

— Откуда вы узнали обо мне? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Вы выполняли перевод по заказу нашей компании через университет, — легко ответила Вероника. — Мы запросили рекомендации у вашего руководства. Паулина Сергеевна дала вам блестящую характеристику.

Паулина Сергеевна. Значит, она в курсе. Я мысленно сделала пометку поговорить с завкафедрой при первой возможности.

— Мне нужно подумать.

— Конечно. Но имейте в виду — вакансия срочная. Мы бы хотели получить ответ до конца недели.

Я попрощалась и положила трубку. Осколки пробирки все еще блестели в раковине. Я собрала их мокрой салфеткой, выбросила в мусорное ведро и села на стул. Сто двадцать тысяч. Почему-то я вспомнила глаза Александра. Вспомнила, как он смотрел на меня в холле. Вспомнила кроссовки, которые он купил моему сыну, и свой собственный гнев — дикий, иррациональный, совершенно необъяснимый. И приняла решение.

Я перезвонила Веронике через десять минут.

— Спасибо за предложение, — сказала я твердо. — Но я вынуждена отказаться. Меня устраивает моя текущая работа.

— Госпожа Ветрова, возможно, вы не до конца понимаете условия…

— Я все понимаю. Спасибо. До свидания.

Я нажала отбой и отключила телефон. Сердце колотилось. Я чувствовала себя так, будто только что закрыла дверь перед носом у хищника. Глупо? Возможно. Но что-то внутри меня кричало, что принимать помощь от этого человека нельзя. Не потому что он плохой. Не потому что он желает мне зла. А потому что, если я приму — обратной дороги не будет. Я не знала, откуда взялась эта уверенность. Просто знала.

Через час позвонили из банка.

— Олеся Игоревна? — голос был сухим и официальным. — Спешу сообщить, что ваш кредит реструктуризирован. Платеж снижен до нуля на двенадцать месяцев. Спонсорская программа «Атон-фонда» для сотрудников бюджетной сферы.

Я держала телефон побелевшими пальцами.

— Я не подавала заявку на реструктуризацию.

— Программа автоматическая. Распространяется на всех сотрудников государственных учреждений, попавших в сложную финансовую ситуацию. Ваша кандидатура была одобрена автоматически.

— Я отказываюсь.

Пауза.

— Простите?

— Я отказываюсь от участия в программе. Пожалуйста, верните мой кредит в прежний статус.

— Госпожа Ветрова, это невозможно. Программа утверждена на уровне совета директоров «Атон-фонда». Мы не можем отменить решение задним числом. Если у вас есть возражения, вы можете направить официальное письмо в головной офис.