Я оторвалась от текста. В груди что-то сжалось. Я перечитала перевод еще раз. Слова были простыми, но от них веяло такой любовью, что у меня защипало в глазах.

— Это не исторический документ, — сказала я. — Это любовное письмо.

Александр стоял у окна, спиной ко мне. Плечи напряжены. В воздухе вокруг него дрожало марево.

— Да, — ответил он. — Это письмо.

— Очень красивая история любви, — я провела пальцем по строчкам перевода. — Она описывает его руки, его голос, его смех. Она любила его так, что слова пережили столетия. Кто они? Кем были эти люди?

Он повернулся. Взгляд стал задумчивым и каким-то далеким.

— Это древняя легенда, — сказал он. — О богине красоты и боге огня. Зарина была покровительницей рассвета, золотого света, который появляется на горизонте перед восходом. А он — бог кузнецов и пламени. Они встретились, полюбили друг друга, но их миры были слишком разными. Она жила на небе, он — под землей, у горна. Легенда гласит, что она спускалась к нему каждую ночь и стояла в дверях кузни, глядя, как он работает. А он не замечал ее, пока однажды не поднял глаза.

Я слушала затаив дыхание.

— И что дальше?

— Дальше — долгая история. Они расставались и находили друг друга снова. Она забывала его, он искал ее. Говорят, она оставила ему это письмо перед тем, как исчезнуть. Чтобы он помнил. Чтобы он ждал.

— Красиво, — сказала я. — И печально.

— Да. Печально.

Я опустила глаза на перевод. Богиня красоты. Бог огня. Красивая сказка. Но почему-то от этих слов у меня сжималось горло. Как будто я знала этих людей. Как будто я сама стояла в дверях кузни и смотрела на мужчину, который не замечал меня.

Александр ушел, не попрощавшись. Я проводила его взглядом. В голове крутилось имя — Зарина. И еще это странное чувство, будто я только что прочитала собственное письмо. Которое не помнила, как писала.

Ночью мне приснился сон.

Холодное, тяжелое море, цвета ртути. Оно билось о скалы далеко внизу, и от каждого удара дрожала каменная кладка под моими ногами. Я стояла на крепостной стене. Ветер рвал волосы. Пахло гарью, йодом и мокрым камнем.

Рядом стоял мужчина. Я не видела его лица, только крупные руки, со следами старых ожогов. Эти руки легли на мои плечи тяжело и уверенно.

«Зарина, — сказал он низким голосом. — Останешься сегодня?»

Я рассмеялась. Мой смех был чужим — более звонким, более молодым. И я ответила словами, которые не придумывала:

«Когда-нибудь обязательно останусь»

Я проснулась резко, в темноте. Сердце колотилось. За окном шумел дождь. Дети спали. Я лежала и смотрела в потолок, а руки мужчины все еще ощущались на моих плечах. И запах нагретого металла и кедра.