— Я буду стараться! — Элис выпрямилась и взглянула в глаза Лиона. — И к концу договора какая-нибудь другая семья захочет взять меня на работу!

— Непременно захочет, — мягко улыбнулся Лион. — Только вот почему тебя так страшит возвращение в Башню? Разве там так уж страшно?

— Нет, там в общем-то неплохо, — вздохнула Элис и отвела взгляд. — У меня есть друзья. Подруга. И в школе мне очень нравилось. А еще у меня была собственная клумба прямо под окном моей комнаты в общежитии. Там росли тюльпаны и желтые хризантемы… Ой, я же не должна вам рассказывать!

Элис обеими руками прикрыла рот и испуганно уставилась на Лиона. Тот едва заметно нахмурился, не сводя с нее озадаченного взгляда: ведьма несла полнейшую чушь. Ведь ведьмы не учатся в школе, и уж точно не ухаживают за клумбами. Их создают в Башне, наполняют прелестные головки нужными знаниями о мире людей, вписывают в память необходимые заклинания и заправляют магией, после чего отправляют служить на благо общества.

— Не волнуйся, я умею хранить секреты, — заверил Лион, и, протянув ладонь, заставил ее убрать от лица руки. — Расскажи еще о своей жизни в Башне, мне правда очень интересно! Почему ты плакала, говоря о стене?

Он старался, чтобы голос звучал мягко — не хотелось еще больше ее напугать. Элис молчала, но в ее глазах блестело сомнение. Еще чуть-чуть — и плотина прорвется…

— Вы правда никому не расскажете? — прошептала ведьма, вплотную приблизив свое лицо к лицу Лиона. — Обещаете?

— Обещаю, — с готовностью согласился Лион.

— В стене с ведьмами происходят нехорошие вещи! — выпалила Элис. — Знаете, мы ведь несколько раз проходим проверку своих способностей. Первую — в день совершеннолетия. А потом — всякий раз по возвращении от людей после истечения срока контракта. И иногда случается такое, что ведьма… как бы объяснить… ломается. Ее магический поток становится опасным или истощается. И тогда ее направляют в лазарет. Если и через полгода алхимикам не удается ее исправить, ведьму отправляют в стену, чтобы она оставшимися силами поддерживала магию купола.

Лион изо всех сил старался держать маску заправского карточного игрока, но светлые брови нет-нет, да ползли вверх, выдавая удивление. Однако Элис так увлеклась, что, кажется, не замечала этого.

— За полгода до моей первой церемонии, в Башню вернулась Жаклин. Она была всего на несколько лет старше меня, и мы не раз виделись в школе. У нее были блестящие, черные волосы и такое красивое лицо, что в школе все называли ее Куколкой Жаклин, — Элис вздохнула, переводя дыхание, и нервно убрала с лица влажную прядь волос. — Так вот, в тот раз Жаклин сломалась. Она была тихой-тихой и почти не улыбалась. Ее увели в лазарет, но починить ее не удалось, поэтому через полгода ее отвели в стену. Как раз тогда я прова… прошла свою первую церемонию и хотела кое о чем переговорить с наставницей. С глазу на глаз. Я пробралась в коридор, ведущий в стену и когда открылась дверь… Я увидела Жаклин.