У Лиона похолодело внутри. С такими разговорами они не то, что не успокоят инквизиторов, но еще и спровоцируют их на агрессию. Он срочно должен что-то предпринять, чтобы исправить ситуацию!
— Вы не можете так говорить со служителями Башни! — возмутился инквизитор, отступая на шаг к двери. — Мы пожалуемся королю!
— Да хоть богине своей жалуйтесь — мне все равно! — не унимался герцог. Обойдя письменный стол, он перешел в наступление, медленно и неотвратимо надвигаясь на враз побледневшего инквизитора. — Единственный человек, который смеет мне угрожать или приказывать — это король. А ваших служек вообще не должно быть на землях Дэвонса!
— Случай исключительный, — инквизитор продолжал пятиться, пока не уперся в дверь. В его голосе Лион не без удивления обнаружил извиняющиеся нотки. — Нам поступило распоряжение главы… Мы должны забрать вашу, то есть нашу ведьму…
— Да нет здесь никакой ведьмы, дурья твоя башка! — воскликнул герцог, и Лион мысленно присвистнул: отец оказался виртуозным вруном — он так искренне изображал праведный гнев, что даже Лион немного поверил. Кто бы мог подумать, что герцог Дэвонсский в душе актер.
— Позвольте воспользоваться поисковым артефактом, — совсем неуверенно взмолился инквизитор. — Импульс будет совсем маленьким…
— Я что похож на идиота?! — не унимался герцог. — Разрешить вашему «маленькому импульсу» поломать установленную далеким предком редкую магическую защиту своего дома? Нет уж. Убирайтесь.
На протяжении всей беседы Лион не ослаблял бдительность, готовый в любой момент броситься на выручку отцу, но его помощь так и не пригодилась: герцог без труда осадил инквизиторов, и теперь с видом победителя наблюдал, как люди-тени торопливо покидали его кабинет.
— Я это так не оставлю! — дрожащим не то от возмущения, не то от страха голосом проговорил инквизитор и, уже шмыгнув за дверь, добавил: — Всего вам доброго.
— Смотрите, чтоб вас волки в лесу не сожрали! — напутствовал герцог, и, едва дверь за инквизиторами закрылась, вперился в сына раздраженным взглядом.
— Что тебе понадобилось посреди ночи в графстве семьи Виторио? — хмуро поинтересовался он, и Лион понял — пришла его очередь получать выволочку.
— Граф Филипп прислал тревожное письмо. Я должен был принять меры, — как можно спокойнее отозвался Лион. Он знал: хоть сам герцог Теодор отличался буйным нравом и вполне мог выйти из себя на ровном месте, от других он требовал умения себя контролировать, не теряя лица даже в самой непростой ситуации.
— Я так полагаю, предпринятые тобой «меры» и стали причиной их визита? — герцог кивнул в сторону двери, и его губы под пышной щеткой усов превратились в тонкую полоску, выдавая недовольство.