Конференц-зал буквально гудел. Около сорока учёных собрались на общее совещание; здесь пахло техническим пластиком и едва уловимым озоном от работающих систем вентиляции. Рэймонд Лин стоял в тени у дальней стены, скрестив руки на груди. Его присутствие ощущалось как тяжесть в воздухе — он не обязан был здесь находиться, но безопасность требовала присутствия старшего офицера, и она знала: капитан вызвался сам. Он был воплощением дисциплины: идеально подогнанный форменный комбинезон из высокотехнологичного полимера, холодный, непроницаемый взгляд, стальная выдержка и безупречная осанка. Будто ничего и не было, подумала Лилиан, чувствуя, как внутри всё сжалось. Хотя чего она ожидала? Признания перед всем экипажем?

Резко отведя взгляд, она вышла к трибуне. На голограмме за её спиной развернулись данные: графики плотности почвы Эриды-9, спектральный анализ состава атмосферы и — самое важное — ускоренная запись роста местного мицелия.

— Коллеги, — голос Лилиан прозвучал чётко, — я собрала данные по семи пробным участкам. Анализ показывает аномалии, которые невозможно объяснить климатическими факторами. Это не просто планета. Это саморегулирующаяся экосистема.

Она вывела на экран выписку из последнего отчёта: «Объект 4-Б демонстрирует ускоренную реакцию на вибрационное воздействие. Мицелий проникает в структуру пробника на молекулярном уровне за 48 секунд. Скорость метаболического ответа опережает земные аналоги на 300%».

— Планета не ждёт нас, — продолжила она, глядя поверх голов присутствующих. — Она уже начала игру против нас.

В этот момент, делая паузу, чтобы переключить слайд, она почувствовала на себе его взгляд.

Лилиан не смотрела в ту сторону, но периферийным зрением уловила, как Рэймонд медленно просканировал её фигуру. Этот взгляд не был профессиональной оценкой. Он был до боли осязаемым — медленным, тяжёлым, скользящим от её плеч, затянутых в плотную ткань формы, вниз, задержавшись на груди, вдоль линии позвоночника, до изгиба талии и ниже. Он изучал её с такой жадной дотошностью, словно проверял, реальна ли она или всё ещё является проекцией его собственного желания. Тело Лилиан моментально отозвалось: кожа под формой предательски вспыхнула, а внизу живота разлилась тягучая, горячая волна. Ей стоило неимоверных усилий не вздрогнуть от этого фантомного прикосновения.

Она запнулась на полуслове, едва не потеряв мысль. Рэймонд стоял в глубокой тени за спинами учёных, и никто из них даже не догадывался обернуться — все были прикованы к экранам. Капитан чуть наклонил голову, и на долю секунды в его непроницаемой маске промелькнул нескрываемый, голодный интерес, направленный только на неё.