Состав переполз железнодорожный переезд — конечно, неохраняемый, вообще скорее не переезд, а просто утрамбованную площадку пересечения дороги с линией. На небольшой полянке справа, у бетонной коробки автобусной остановки, каких мы уже насмотрелись в Морозково и Волково, стоял на спущенных колёсах разбитый и ржавый ПАЗик.

— Ирреал какой-то, — пробормотала Маша, глядя в окно, и я с ней был совершенно согласен. Эх, поговорить бы с ней сейчас… но не получится — слишком уж много ушей вокруг. И, скорее всего, управовские потащили девчонку с собой ничуть не как консультанта по монастырю — как минимум не только. Точно ведь Каращук или его соратнички из Управы решили посмотреть на Машу «в экстремальных условиях» и понять, что девчонка ещё умеет, раз уж на неё точит зубы Бурденко…

Колёса неторопливо постукивали на стыках. Лес отступил далеко-далеко, вокруг пошли поля, отгороженные от железнодорожной линии густо посаженными ёлками лесозаграждения.

Громыхнули короткие очереди — судя по всему, с головной платформы. Каращук, выругавшись, рявкнул в рацию:

— Поезд, Штабу, какого чёрта шумим?

— Первый, Штабу. Летяги, четыре особи. Готовы.

— Хорошо, смотрите там, — буркнул безопасник.

Надо же. А летяги-то в своём репертуаре — караулят на верхушках, ели в лесозаграждении могучие, высоченные, насколько можно судить из окна. Значит, и дичь здесь бывает — правда, не обязательно люди. Эти твари и на мелочь охотятся, типа зайцев.

Опять подступил лес. Время тянулось как резиновое — на самом деле, неудивительно, при такой-то скорости… Ещё раз остановились по команде с горюновского «бегуна», выслали технарей, провозились около получаса… Бытовуха. Если уж идём импровизированным бронепоездом — компенсировать приходится скоростью.

Поехали… Не прошло и десяти минут, как опять доложил Горюнов:

— Видим впереди станцию, судя по всему Беленец. Расстояние меньше километра. За входной стрелкой просматривается два ряда вагонов и узкий проход. Допускаю засаду.

А вот это уже серьёзно. Логично, что «на своей территории» бандиты окопаются как минимум серьёзнее, чем могли бы на подходах к базе. И если есть засада — посылать туда УАЗик, накрытый ветром и с противопульной бронёй, точно нельзя. Тем более о нашем приближении стопроцентно знают — дыма от паровоза немало, даже при том, что ещё в Усадище машинистам дали команду закрыть сифон, да и стреляли недавно.

Поезд опять остановился, по команде Торопова выставили охранение. Начальство, забравшись на «галерею» паровоза, долго рассматривало въезд на станцию в бинокли и наконец вынесло вердикт — УАЗ убрать на параллельный путь, чтобы освободить дорогу для «тяжёлой техники».