— Типа того, Маш, — я переложил яичницу на тарелки. — Самое грустное — я совершенно не хочу рисковать тобой, а ведь нас на это и толкают.
— Знаешь, Волк, мне очень приятно, — неожиданно серьёзно сказала девчонка, привставая, чтобы налить себе чай, — но пусть лучше точки над «ё» расставятся, да? Не очень приятно думать, что где-то есть те, кто трупы оживляет.
Если бы только оживляет, Маш… Они ведь их и делают, — подумал я, но вслух этого не сказал.
— Олег Богданович, конечно, та ещё задница, — продолжала девчонка, — но он настроен серьёзно. А значит, рисковать нами вряд ли будет. И Иксении он пообещал, а ведь она, если что, с него спросит.
Иксения… Она не спросит. Не в её характере — учитывая всё, что я о ней понял. Не хочет она вмешиваться в наши дела, не хочет — даже при всей симпатии ко мне или к Маше. Она — другая. Всё, что нужно её семье сейчас — это спокойно перезимовать. А весной, глядишь, они уйдут…
Сердце заныло. Вот надо же, а! А амулет тёплый, словно всё в порядке.
— Маш, я всё понимаю, но не хочу Иксению и её семью во всё это впутывать. Вообще не хочу, понимаешь? А вот Каращук явно на них стойку сделал.
— И правильно сделал, — кивнула Маша. — Иксения любит тебя, это же видно. И тебе она небезразлична, что скрывать? Вы сможете помочь друг другу, если надо. У них силы — на десятерых.
Да больше, чем на десятерых. Почему-то я почти уверен, что Колледж против наших соседей из Виковщины не то чтобы ноль, но и рядом не стоял. Одна только расчистка Болота чего стоит.
— Иногда любовь, Марусь — это как раз не впутывать близкого человека в свои проблемы, — вот что-что, а это я могу сказать абсолютно уверенно. Одна проблема — в последние недели я только и делаю, что впутываю в свои проблемы близких мне людей. Того же Трофимыча, Пашку, Машу, Иксению… Не всегда сам, но сути это не меняет. — Будь моя воля — я б ни тебя, ни Иксению к Каращуку и близко бы не подпустил.
— А ты будь рядом и смотри, чтобы всё было в порядке, — парировала вредная девчонка.
Ну да, ничего другого и не остаётся…
Я взялся за яичницу. Прожевав, спросил:
— Ты помнишь, что нам сегодня опять в Управу?
— Помню, — вздохнула Маша. — И в субботу не отдохнуть…
— Сегодня обещали недолго и не рано. К десяти часам.
— Ну да.
— Так что едим, собираемся — и туда.
Глава 2 14 октября, суббота, утро
Каращук был чисто выбрит и аккуратно одет, потом от него не несло — видимо, принял душ, хотя особо бодрым или выспавшимся безопасник не выглядел. Самое удивительное — в зале для собраний он был один. Когда мы с Машей вошли, встал, отложив потрёпанную книжку. «Таинственный остров» — успел я увидеть название на затёртой обложке. Надо же, приключенческую классику читает.