Юра и опомниться не успел, как хвост обвил его, намертво прижав руки к телу. Трёхголовый поднял парня так, словно он был пушинкой, резким движением приблизил к лицам — теперь их разделяло метра полтора, не больше.
— В тебе нет зла, — синхронно произнесли три головы шелестящим голосом, вибрирующим в каждой клеточке Юриного тела. — Ты единственный не хотел этого. Уходи.
Стальные объятия разжались, и парень рухнул в грязь. Пошатываясь, попытался встать, жалобно глядя на змея, и попытки с третьей ему это удалось. Повернулся и рванул бегом, оскальзываясь и падая и чувствуя предательский запашок…
Глава 26 21 октября, суббота, утро
В Управу я пришёл в девять, и первое, что увидел — суетящихся бойцов у «козелка». Почти не удивился, увидев среди них Антоху Горюнова.
— Волков, давай в машину, — распорядился боец. — Раз ты здесь, поедешь с нами.
— Куда? — не очень понял я. Вообще-то я предполагал, что буду работать с Каращуком — вопросы-то не закрыты. К тому же, у меня есть определённые предположения по узлу связи.
— Давай, садись быстро, по дороге расскажу, — не стал распространяться Антоха. — Каращук распорядился, чтобы взяли тебя, если успеешь прийти.
УАЗик резво рванул с места, разбрызгивая грязь. Нас в нём оказалось четверо, все с автоматами — ну, кроме меня, — разве что без пулемёта в самой машине.
Машина рысью пролетела Космонавтов, свернула на Советскую, и только после того, как проехали притихший Колледж, Антоха, сидевший рядом со мной сзади, сказал:
— Вызов из Кикино. К ним из леса вышел какой-то странный человек. Без денег, без документов, без оружия. Грязный, как чушка, и обосравшийся, как последний бродяга. Но на вид приличный, городской. Позвонили минут пятнадцать назад. Шеф, как услышал, сразу сказал — если успеешь прийти, взять тебя с собой, и доставить этого бродягу как можно быстрее.
Очень интересно. Конечно, это не изгой — те городскими не выглядят. Но чтобы за бродягой погнали даже не патруль, а машину боевой группы — это что-то новенькое.
И только потом до меня дошло.
Лес напротив Кикино всего один — можно сказать, «тот самый», всё остальное пространство вокруг — поля. Значит… значит, «гость» вполне мог прийти со стороны Виковщины. А это совсем другой коленкор…
Мысль настолько зацепила меня, что я даже не заметил, как прошли КПП — только потом сообразил, что дежурный колдун ничего не сказал. Выходит, я пока что не раскрыт.
На полях лежал утренний туман — точнее, уже его остатки, а вот утром он явно был плотным, как молоко. Водитель, негромко матерясь, вёл машину по раскисшей дороге — развезло её намного сильнее, чем вчера. Начались дожди — всё, туши свет. И то долго держалась погода в этом году, обычно заряжает намного раньше, ещё в начале октября.