— Что с Машей? — выложил я ещё один важный вопрос.
— А что с Машей? — Соколов вскинулся настолько резко, что я подумал — ну невозможно такое сыграть, особенно в 20 с небольшим лет. — Что-то случилось?
— Кома, — просто сказал я. — Колдовская, скорее всего.
Я не стал уточнять обстоятельств — в конце концов, это неважно, и если Соколов знает ровно столько, сколько ему положено — а это, судя по всему, так и есть, — то ответа от него всё равно не добиться.
Пацан выглядел так, словно его пыльным мешком ударили.
— Тогда Машу тоже надо к нам, — неуверенно сказал он.
Точно — пацана разыгрывают втёмную. Бурденко в своём репертуаре… Радует одно — Юрка жив. Раз Соколов не реагирует на нетипичную ауру — то это именно Юрка, не доппель.
Да что ж со мной такое творится? Внутри будто ураган, всё тело ломит, адреналина, кажется, столько, что он сейчас из ушей польётся… Слишком много эмоций за один день. А скорее — даже за последние минуты.
— Сергей Михалыч, с вами всё в порядке? — озабоченно спросил Соколов. То есть, он тоже видит, что меня колбасит? Чувствует, наверное — он же мою ауру с самого начала отлично видел.
Я посмотрел на него, и мне показалось, что сейчас ничуть не глубокая ночь, а самое большее сумерки — настолько отчётливо я его видел… Глаза пацана расширились, и его словно втянуло в сгустившийся пробой спиной вперёд — в кино так обычно «выдёргивают» каскадёров мощной лебёдкой, чаще всего — с проламыванием стены.
Когда я перевёл взгляд на Юрку — у того в руках уже были два пистолета с глушителями. Фокин вскинул автомат, но Юрка стрелял неимоверно быстро, бойца отбросило выстрелами, спустить курок он уже не успел.
Твою мать! И ведь не слышно выстрелов! Наши не придут!
Смерч адреналина заволок меня сверху донизу, и я рванулся на Юрку, хотя прекрасно понимал — пять метров, слишком много, такое не преодолеть одним прыжком…
Пуля ударила меня куда-то в плечо, потом ещё одна, и ещё, я видел, словно в замедленном кино, как бывший друг отбрасывает в сторону опустевшие пистолеты, выхватывает из-за пояса ещё один, наводит на меня — медленно, мучительно медленно…
Я сбил его с ног, и мы покатились по сырой траве, осыпая друг друга ударами.
Глава 21 20 октября, пятница, ночь
Я с трудом приподнялся — и сразу отпрянул. Было темно, перед глазами плыло, но всё же я более-менее различил серое безликое тело, распластавшееся передо мной. Доппель!
Рядом валяются пистолеты — два… а, нет, вон третий, его Юрка вытащил последним, но, кажется, не успел выстрелить. Значит, не Юрка — всё же доппельгангер. Твою ж мать… Меня опять пытались провести. И — почти провели, если бы некто не вытащил Соколова со встречи чуть ли не за шкирку. Что произошло? Почему прервали встречу? Почему начал стрельбу фальшивый Юрка? Вроде же встреча складывалась в пользу Колледжа, я почти согласился!