— Кто такой «Древний»? — осторожно спросил молодой колдун.

— Ты знаешь, — точно так же, как и Маше, ответила старушка. — Ты многое знаешь, даже то, чего не видел. И что видел — знаешь.

— Ну спасибо, бабуль, — вздохнул я. — Только этого мне и не хватало.

— Ты понял, — не меняя тона, сказала знахарка. Она хоть слышит меня?

— Понял, не понял — какая разница… Лучше б сказала, как мне домой попасть, — обозлился я.

— В дверь не войти, если нет ключа. Найди ключ — откроешь дверь, — и старушка, повернувшись, ушла в дом.

Мы так и остались стоять посреди двора.

— Что это было сейчас? — первой не выдержала Маша.

— Сюрреализм какой-то, — покачал головой я, пытаясь прогнать оторопь.

— Настоящая лесная ведунья, — пробормотал Соколов. — Ну надо же…

Мальчишка — тот вообще смотрел на нас восхищённо. Уверен, что он не понял ничего, но с его точки зрения, наверное, это смотрелось эффектно.

— Ясно, — подытожил Ильин, по лицу богатыря было видно, что ничего ему не ясно. — Ладно, возвращаемся.

Колька обратно шёл чуть не вприпрыжку — было видно, что его так и подмывает о чём-то расспросить, но то ли стесняется, то ли боится. Так ничего и не сказал — дошли до его дома, и Ильин турнул мальчишку:

— Давай, вали к матери, тёзка… С бандитами разберёмся — начальство решит, как вам жить дальше.

На осмотр той части деревни, что за линией, мы всё же сходили — для очистки совести, но ничегошеньки не нашли — грязная улица, уходящая в лес, пустовала, дома, если и выглядели издали более-менее целыми, вблизи оказались в лучшем случае осевшими и расползающимися от времени. М-да, когда-то деревня была намного больше…

Уже возвращались, когда по рации объявили общий сбор у штабного вагона.

— Не знаю, как ты, Волк, — заметил Колян, когда мы уже шагали вдоль рельсов, — но я про услышанное от бабки докладывать не буду. У неё с крышей явно не всё нормально, а нам и без этого проблем хватает.

— Я тоже, — вклинилась Маша.

— Спасибо, — просто сказал я. Голова варила не то чтобы плохо, но мысли смешались — думать не хотелось. А надо бы.

Соколов странно посмотрел на нас, но тихо добавил:

— Я тоже не скажу.

— Городским или своему начальству? — не выдержал я. Ну вот как поступать? С одной стороны — пацан мне нравится, с другой — поди пойми их дела с Бурденкой.

И заметил, как Маша, идущая рядом, стиснула ладонь Соколова. Без слов всё ясно…

— Никому, — еле слышно сказал колдун.

Эх, хорошо бы… Внимания к моей, да и к Машиной, персоне со стороны Колледжа и так многовато. И главное, главное — амулет Иксении молчит! Как был тёплым, так и есть. Посоветоваться бы с тобой, Ксюша… но, увы, не сейчас.