А откуда здесь могут быть злые? Бандиты пришли уже потом, когда тела стали утилизировать. Да и вообще, призраки — очень тонкая материя. Поди пойми, что нужно неупокоенным…

Час прошёл спокойно, хотя несколько раз возникало странное ощущение — словно на меня смотрят. Невидимый взгляд будто сверлил, аж до ломоты в висках, по ощущениям — откуда-то с левой стороны линии, из леса. Предположив, что стоит докладывать обо всём необычном, я сообщил о необычном ощущении старшему — но выяснилось, что больше никто подобного не испытывает. Значит, воображение разыгралось… Давно ж известно — «чувство пристального взгляда» вырабатывается у всех, кто был «на боевых», тот же Пашка Плотников не раз рассказывал. То есть, ребята из боевой группы должны были почувствовать взгляд гораздо раньше меня.

Вообще, ночь за городом — те ещё ощущения, даже при пулемёте. Несколько раз в ночи начинала орать какая-то то ли птица, то ли неизвестная тварь — долго, заунывно, даже не знаю — обычная или попавшая к нам через пробой. Вроде при той ночёвке в поезде тоже что-то похожее было… Слышался и далёкий вой, не понять, с какой стороны — волки, наверное. Опять волки… Даже в нашем мире поговаривали, что они по зиме из деревень собак утаскивают — что уж говорить о здешних местах. Начинается волчья осень — поздняя.

Где-то к трём часам низины заволокло туманом. Ну да, здесь же сплошные болота вокруг, влажность высокая… Странно, что только сейчас натянуло, не с вечера. Туман лежал тонкими пластами, будто бы белёсо отсвечивая при свете полумесяца.

— Смотри, — прошептал пулемётчик, показывая в сторону монастыря.

Фигура появилась на краю станции, словно вынырнув из низины, заполненной туманом. Знакомая, полупрозрачная, серебристо отсвечивающая в лунном свете — призрак, конечно же. Вот вспомни его, называется… И близко, и полусотни метров не будет. Как он внешние кордоны прошёл?

— Призрак, — точно так же прошептал я, садясь на корточки, чтобы меньше торчать из-за капонира. — Указания есть?

— Осветить прожектором, — старший взялся за рукоять прибора, стоявшего ниже ствола пулемёта на небольшой треноге, положил палец на тумблер выключателя. — Короткой вспышкой.

— Погоди, — схватил я его за руку. — Чуть буквально погоди…

Я узнал фигуру. И ничего удивительного, что она прошла внешнее кольцо постов — секреты не стали себя раскрывать, прекрасно понимая, что для поезда, оснащённого прожекторами, призрак неопасен. Бесформенная хламида, платок, укутывающий голову — перед нами, несомненно, была бабка Зина… или тот, кто хотел создать её образ.