Что-то это мне напоминает…

Да Машу это напоминает. Она точно так же выбежала к нам на Болоте — запыхавшаяся, напуганная, сорвавшая голос…

Только с одной разницей.

Она прибежала к нам, когда потеряла всё. А пацан ещё не потерял…

— Мелкий, твоя мать знает? — решительно отодвинув Коляна, уже раскрывшего было рот, спросил я. — Не ври, проверим!

Толкнул локтем Костика, тот кивнул — значит, может проверить. Хорошо.

Мальчишка тяжело дышал, открыл рот, закрыл, глотает воздух.

— Знает, — наконец сказал он. — Я всю ночь не спал, и она тоже. Сказала — ехай, если позовут…

— А она как? — строго вступил в разговор Колян. — Одна?

— Там Сашка есть, он не хочет уезжать, — мальчишка аж ёрзал, и я его прекрасно понимал. Особенно после вчерашнего похода с нами. Он увидел, что может быть другая жизнь — а кому в его возрасте не хотелось бы выбраться из опостылевшей серости?

— Не врёшь?

— Ей-крест, пусть меня тени сожрут! — неумело перекрестился мальчишка. Надо же, а народ тут ещё и веру не потерял, оказывается…

Я мельком глянул на колдуна — тот кивнул. Значит, не врёт мелкий — и правда от матери разрешение получил.

— Поезд, Штабу, — захрипела рация. — Минутная готовность.

— Штаб, Первому, — решился Колян. — У нас тут мальчишка, хочет с нами.

— Ильин, решай сам, — отозвался, судя по голосу, Торопов. — Но разгребать будешь в одно лицо. Либо детдом, всё как положено.

— Думай, Колян, — повернулся я к Ильину. — Сразу скажу — мой детсад уже полон.

— Умеешь ты обнадёжить, Волк, — усмехнулся здоровяк. — Малой, точно не пожалеешь? Не знаю, когда сюда ещё вернёмся.

— Сам пешком вернусь, если надо будет! — выпалил мальчишка.

Лёшка хохотнул, а Ильин, встав на колено, показал пацану на лесенку:

— Давай, поднимайся.

Звякнули буфера — поезд тронулся. Мальчишка широко раскрыл глаза, но Колян заорал:

— Сюда, ближе!

И, едва пацан приблизился — свесился с платформы, сгрёб мальчишку за ворот куртки и легко, как кутёнка, зашвырнул его в вагон.

Перестукнули на стыках колёса, паровоз выбросил клуб дыма, набирая скорость.

— Цел? — ухмыльнулся здоровяк. Мальчишка сел, почесал затылок — похоже, без травм, приземлился аккурат на мешки капонира.

— Цел, — ответил он, и глаза его засияли. — Спасибо!

— Сиди, пацан, отдыхай, — вздохнул Ильин. — Пока не понял, во что вляпался… Меня можешь звать дядя Коля, это — дядя Лёша, это Костя, это…

— Я знаю, — выпалил пацан, не дав Коляну закончить фразу. — Это Волк!

Тьфу ты. Вот же приклеилось погоняло… даже тут. Спасибо бабке Зине с её «пророчествами».

— Или просто дядя Серёжа, — улыбнувшись краем рта, дополнил Ильин. — Садись вон туда, за капонир, сейчас пожрать соображу…