Но новообретенная сила хлыстнула изнутри по всем чувствам сразу, и Лин согнулся пополам, изрыгая из себя темный сгусток. Как будто некто, стоящий за нынешним могуществом, решил указать ему место. Или проучить. Или?.. Он присмотрелся к пятну на одеяле. Не кровь, потому что черное маслянистое пятно при всем желании не могло быть кровью, и пахло иначе, как будто горьким и кислым одновременно. Но что тогда, если не она? Воспаления и некрозы выглядят иначе, и запах у них скорее приторный и тошнотворный. Его, конечно, стошнило, только…

— Эй, позови-ка целителей, — приказал обеспокоенный дядя Вейж служанке, и Лин поспешил его остановить:

— Не нужно. Все в порядке.

— Как же в порядке? — не поверил Вейж, но вернул девушку дальше накрывать на стол.

— Поверьте, я ведь все-таки лекарь. Это просто… от переизбытка сил.

Дядя не ответил, лишь задумчиво кивнул, мол, помню-помню, бывает и так.

— Оставь нас! А ты, если и впрямь хорошо себя чувствуешь, вставай поешь — третьи сутки пошли. Может, и тошнит оттого, что голодный.

— Третьи? — вскинулся Лин. — Ма…

— С близнецами и Сонг все просто отлично, — не дав договорить, быстро сказал Вейж. — Я к ним охрану приставил. Ну, нянюшки, помнишь? Они ж не просто нянюшки, — он криво усмехнулся.

— Да, конечно… Но я… Мне… Мне надо к ним.

— Слова подбирал. Хороший знак. Нет, правда, хороший — сила не опьянила, а то ведь бывает. Огонь вот тоже пьянит. Хотя я это уже рассказывал. Вставай-вставай, поесть тебе прямо жизненно необходимо, а потом я кое-чего подарю в честь успешного завершения нашего дела, раз уж ты так сильно о детях с женой беспокоишься.

На еду ушло больше часа, хотя Лин честно торопился покончить с этим как можно скорее. Только дарующий силу оказался таким голодным, как будто дядя призвал из прошлого того мелкого пацана, подобранного им на грязной улице портового города, когда тот убегал с ворованной булкой. Тогда Лин также давился дармовым угощением, словно не верил, что все это изобилие на столе для него, никто не придет и не отнимет, а завтра дадут столько же.

Вейж, видимо, тоже вспомнил то время и сидел с умильной улыбкой на постаревшем лице. Сам он ничего не ел, лишь пригубливал время от времени чай, сохраняющий свою температуру благодаря активной руне на дне чашки. Дядя любил комфорт, возможно, даже слишком, отчего часто избегал открытых конфликтов, предпочитая договариваться. Не верилось, что этот человек решил подчинить всю Землю власти творцов и встать в их главе. Хотя могло статься и так, что он просто подчинился тому, кто стоял над ним с момента восшествия на престол Шамбалы.