— Нет уж! — разозлился вдруг Ключ Огня. — Если уж даешь, то на веки вечные!

— Хм… А если я ее еще кому захочу впарить, пока ты в колесе сансары крутишься?

— Вот ему как раз временно выдашь.

«Разве тени не должны будут исчезнуть вместе с богиней Воды?» — отстраненно подумал Лин.

Векши тем временем пожали друг другу руки, скрепляя сделку. Просто пожали и все. Только тьма исчезла с ладони Ямы, на Агни ж она совсем никак не отразилась. Лин шагнул к нему, собираясь отправиться вместе с векшем в Шамбалу, но Яма его остановил.

— Нет, — мягко возразил он на немой вопрос, — тебе лучше побыть здесь и не отвлекать нашего разрушителя от зачистки города. Но если очень хочется посмотреть, как он сжигает гончих и трупы, которые те не успели пожрать, я тебе покажу.

Хозяину Лабиринта Смерти не было нужды врать, и стоило Агни уйти, как небо над бескрайней пустыней потемнело, превратившись в экран кинотеатра, только это «кино» имело и цвет, и звук. Ключ Огня не шел напролом, как ожидал от него Лин. Он выбирал точку на границе города, использовал одну из своих сокрушающих тьму рун и телепортировался дальше. Руны всегда отличались друг от друга: одни просто выжигали часть теневого загрязнения, другие призывали против гончих смерти огненных, третьи растворяли все вокруг в золотом сиянии, и много чего еще. Но суть этих действий легко считывалась — Агни гнал тьму Сарасвати к центру города, туда, где стоял Храм Огня, и гнал так, чтобы самому не попасться.

У него отлично получалось. Радиус черноты сужался и сужался, гончих становилось меньше, хотя оставшиеся увеличивались в размере, что объясняло почти отсутствующие здесь трупы творцов: их не только успели сожрать — переварили. И может, оно не имело большого значения, если бы Агни не начал уставать. Это не бросалось в глаза, скорее угадывалось по мелочам: тут чуть замедлился, там едва увернулся, здесь зачерпнул больше огня, чем прежде. И чем дальше он продвигался, тем больше разрушений нес, уже не пытаясь сохранить здания, оскверненные тенями. Оставалось лишь гадать, почему он ни разу не использовал «Стену Огня».

Про самую сильную руну творцов, после использования которой даже пепла не остается от уничтоженного объекта, Лин узнал, когда искал в древних свитках повод для отмены проведения ритуала призвания на Землю богини Сарасвати. Если бы у него тогда хватило упорства!.. ничего бы не изменилось… А вот «Стена Огня» существенно помогла бы Агни, тем более ближе к центру и так все было порушено. Зачем он сдерживается? Вряд ли потому, что не знает, как призвать Изначальное Пламя. И спросить было не у кого: Ями Лина ненавидела из-за близнецов, Яма был слишком увлечен зрелищем и на другое просто не обращал внимания.