Марк тихо хмыкает. Он намеренно не убирает руку, позволяя мне продолжать; в этом простом жесте я чувствую столько же собственничества, сколько и абсолютного доверия. Когда я заканчиваю, он слегка играет мышцами, словно проверяя, не слишком ли я расслабила его бдительность, прежде чем потянуться к телефону.

— Обед-ужин? — он быстро свайпает по экрану, открывая приложение доставки. — Ещё как заказал. Взял всё: огромный сет кебабов с разными видами мяса, целую гору лаваша, какой-то безумный салат с гранатом и столько соусов, что мы могли бы ими рисовать на столе. И, конечно, десерт. Нашёл что-то похожее на сладости с фисташками и мёдом, о которых читал.

Он блокирует телефон и с вызовом смотрит на меня, снова усаживаясь поудобнее на диване и бесцеремонно закидывая ногу на ногу. Эта его манера вести себя так, будто он владеет всем пространством вокруг, сейчас даже не кажется раздражающей.

— Курьер будет минут через двадцать. Так что у нас есть время решить главный вопрос вечера: какой сериал будем смотреть? Предлагаю что-нибудь максимально пафосное, где герои страдают по пять серий из-за одного неверного взгляда. Будет идеальный контраст к тому, как мы сейчас сидим тут, обмазанные пантенолом и похожие на двух очень дорогих и очень красных креветок.

Я тихо смеюсь, чувствуя, как уютное спокойствие окончательно захватывает меня.

— Будем страдать вместе с героями. Сначала от ожогов, а потом, судя по заказу, от переедания.

Марк театрально прикладывает руку к груди, изображая глубокое оскорбление.

— Переедание? Мел, ты используешь это слово в контексте турецкого кебаба? Это же буквально святотатство! Это не просто еда, это... гастрономический опыт, духовное очищение через мясо и лаваш.

Он хитро прищуривается и, воспользовавшись тем, что я всё ещё рядом в полураспахнутом халате, неожиданно притягивает меня за край ткани чуть ближе, заставляя почти прижаться к нему.

— К тому же нам нужны калории, чтобы восстановиться. Это научно обосновано. Можешь не спорить с человеком, который потратил столько времени на изучение бенчмарков игровой техники и сервисов доставки еды, — его тихий смех вибрирует где-то в районе моей груди, вызывая странный, приятный отклик во всём теле.

Он откидывается на подушки, увлекая меня за собой, так что мы вдвоём оказываемся в полулежачем положении на огромном диване в ожидании курьера.

— Так что готовься. Будем страдать по полной программе: сначала от жжения, потом от пафосных диалогов в сериале, а в конце — от пищевой комы. Идеальный вечер. Кстати... — он бросает взгляд на мои влажные волосы, которые всё ещё пахнут шампунем отеля. — Если ты уснёшь от этого релакса, я обязательно сфотографирую тебя в этом виде и отправлю в личку своему самому ярому хейтеру, чтобы он знал, как выглядит истинный покой.