— Ого, какие масштабы. Надеюсь, ты понимаешь, что на роль главного критика этого модного показа приглашён именно я? — он ухмыляется, и в этой гримасе снова мелькает дерзкий стример, знающий цену хорошему кадру. — Мои стандарты эстетики запредельные, так что готовься к беспощадным рецензиям.

Он делает шаг назад, давая мне пространство, но продолжает изучать меня с каким-то жадным любопытством. Когда я разворачиваюсь, чтобы уйти, слышу его приглушённый, почти шёпотом, но отчётливый голос:

— Хотя подозреваю, что в любом из них ты будешь выглядеть так, что у меня окончательно поплывёт операционка.

— Э, нет, хитрец. Это закрытый показ по вип-пропускам, — хихикаю я, уходя на кухню варить кофе.

Марк картинно задыхается — в этом звуке смешиваются искреннее возмущение и смех. Он замирает, скрестив руки на груди, и с иронией провожает меня взглядом, явно не в восторге от того, что его оставили за бортом «элитного» мероприятия.

— Ого, теперь у нас тут режим строгой секретности? — доносится из гостиной. — Я тут, на минутку, потратил столько нервных клеток на твой невыносимый характер! Где мои бонусы за лояльность?

Я слышу, как он, ворча, откидывается на спинку дивана, и представляю его лицо в этот момент — смесь притворного страдания и жгучего интереса.

— Эксклюзивный доступ, значит... Ну всё, ты сама напросилась, — он снова переходит на привычный, самоуверенный тон, будто обращается к аудитории стрима. — Считай, что я уже начал разработку плана по обходу твоей системы безопасности.

Затем раздаётся звук глотка из кружки, и он добавляет уже мягче, почти по-домашнему:

— Кстати, раз уж ты всё равно там хозяйничаешь, сделай мне ещё кофе. Мой мозг сейчас в энергосберегающем режиме, нужен максимальный разгон процессора.

— Будет тебе энергетическое топливо, — отзываюсь я, насыпая кофе в турку. Мимоходом щёлкаю пальцами, приводя в порядок причёску Марка. — Считай, что я рассчиталась за то, что лишила тебя такого зрелища.

Марк на мгновение замирает, ощущая, как магия привычным, почти невесомым касанием возвращает его волосы в идеальное состояние. Он проводит рукой по голове, проверяя результат. В его взгляде мелькает что-то среднее между раздражением от того, что его «победили» в этом маленьком бытовом сражении, и искренним удовольствием.

— Опять эта твоя читерская магия, — ворчит он, хотя в голосе нет ни капли злости. — Ты просто не умеешь играть честно, Мел. Это же чистой воды эксплойт!

Я слышу, как он тяжело вздыхает, и затем раздаётся звук его босых ног, шлёпающих по полу. Он не спешит, но его приближение чувствуется кожей ещё до того, как он появляется в проёме.